На парадоксальном пути к энергетической революции

Европейский союз планирует до 2030 года осуществить значимый скачок в реализации так называемого энергетического поворота, то есть перехода на возобновляемые источники энергии. При этом на практике это может оказаться гораздо сложнее, чем предполагалось изначально. Профессор Йонас Пук, академический директор программы MBA Energy Management в WU Executive Academy и глава WU’s Institute for International Business, приводит четыре наиболее парадоксальных явления на мировом энергетическом рынке, чтобы с их помощью наглядно продемонстрировать, насколько на самом деле сложен этот переход и какую роль в этом вопросе играет психология человека.

Некоторое время назад страны-члены ЕС, Европарламент и Еврокомиссия поставили новую общую цель в рамках перехода на возобновляемые источники энергии: к 2030 году доля возобновляемой энергетики в ЕС должна составить 32%. Энергоэффективность в ЕС должна увеличиться на треть.

Опираясь на четыре наиболее парадоксальных явления на мировом энергетическом рынке, профессор Йонас Пук, специалист по вопросам энергетики, объясняет, почему так сложно осуществить энергетический поворот и каким образом этот процесс затрудняется тем, как мы мыслим – наперекор всем доводам здравого смысла:

1. Эффект отскока.

Данный феномен существовал ещё во времена Томаса Эдисона, когда люди использовали лампу накаливания чаще, чем это было объективно необходимо. Как правило, рост эффективности приводит к снижению потребительских цен. Эффект отскока (или эффект рикошета) работает следующим образом: как только мы находим новый, более выгодный источник энергии, позволяющий экономить энергию и деньги, мы начинаем потреблять ещё больше энергии, что в конечном итоге нивелирует эффект экономии. «Простой пример: человек покупает экономичный автомобиль и с этого момента норовит сесть за руль даже в тех случаях, когда речь идёт о небольших расстояниях», – поясняет профессор.

Но у этого эффекта есть и макроэкономические последствия. Экономия энергии одним потребителем может привести к падению цен на энергию, что, в свою очередь, приведёт к увеличению энергопотребления среди других потребителей. Примером косвенного действия эффекта отскока можно считать и ситуации, когда сэкономленные за счёт энергоэффективности деньги мы тратим на товары или услуги, которые опять же потребляют энергию. Этот эффект проявляется и в процессах, связанных с разработкой продукции: «Так, известно, что телевизоры с плоским экраном более энергоэффективны, чем кинескопные телевизоры. Но по мере того, как экраны наших телевизоров увеличиваются, растёт и ежегодный расход электричества», – констатирует профессор.

2. Переизбыток накоплений.

«В газотурбинной установке вы можете контролировать количество вырабатываемой энергии», – говорит профессор. С энергией ветра, гидроэнергией и солнечной энергией всё обстоит совершенно иначе. В ветреные, но солнечные дни с экологичных русловых ГЭС в сеть поступает очень много электричества – цены на электроэнергию уходят в минус, вся система оказывается под угрозой. Парадоксальным образом, поставщик при этом вынужден платить потребителям, чтобы избавиться от излишков электроэнергии. На гидроаккумулирующих электростанциях, которые перекачивают воду из горных водохранилищ, энергии расходуется даже больше, чем накапливается. По словам Йонаса Пука, «одна из самых сложных и важных задач на сегодняшний день – разработать эффективные методы накопления энергии». Тогда государствам не придётся перепродавать излишки электроэнергии за границу. В настоящее время у побережья Массачусетса ведётся строительство морской ветроэлектростанции с крупнейшей в мире аккумуляторной батареей.

3. Парадокс цен на нефть.

«Считается, что люди принимают решение перейти на возобновляемые источники энергии преимущественно из-за высоких цен на нефть», – говорит профессор. Это связано с тем, что в случае роста цен люди начинают искать альтернативные, более выгодные источники энергии, чтобы сократить расходы. Однако высокий уровень цен на нефть имеет и обратную сторону. «Нефтегазовые компании инвестируют огромные средства в возобновляемую энергетику, поскольку им важно быть на передовой инноваций и разрабатывать новые бизнес-модели». Следовательно, они могут вкладывать деньги с меньшей интенсивностью или вовсе приостановить инвестиции, пока существующие бизнес-модели демонстрируют высокую эффективность. Поэтому несмотря на то, что динамика цен, казалось бы, способствует повышению спроса на возобновляемые источники энергии, этот переход происходит гораздо медленнее, чем предполагалось.

4. Неоднозначный результат инноваций.

Инновации способствуют повышению энергоэффективности и тем самым улучшают энергетический баланс. В эпоху цифровых технологий данный тезис утрачивает свою истинность. «К сожалению, в результате применения инновационных технологий мы необязательно потребляем меньше энергии». Согласно результатам исследования, проведённого холдингом Morgan Stanley, в 2018 году мировая потребность в электроэнергии для майнинга криптовалют, например, биткойна, может превысить потребление электричества страной такого размера, как Аргентина, что опять-таки возвращает человечество к вопросу о необходимости развития возобновляемой энергетики.

Выводы:

Оперативная реализация энергетического поворота возможна лишь в том случае, если все страны, участвующие в этой инициативе, будут принимать необходимые политические меры, способствующие этому переходу. Эти меры должны касаться как производителей, так и потребителей. Сюда входит как информационная поддержка, так и проведение конкретных нормативных мероприятий.