Кибербуллинг - новые технологии и новые угрозы

Запрет на использование техники, не научит ребёнка противостоять агрессии, не разовьёт умений правильной коммуникации, не повысит самооценку и веру в свои силы и способности.

Понятие кибербуллинг в педагогике и детской психологии появилось относительно недавно, примерно в середине 1990-х годов. Именно на это время приходится бурное развитие мобильных средств связи, персональных компьютеров и коммуникационных систем, позволяющих пользователям передавать друг другу практически в неограниченном количестве самую разнообразную информацию. Естественно, что дети (в первую очередь подросткового возраста 12 ‒ 17 лет) начали с большим энтузиазмом осваивать новые технологии, позволяющие активно общаться, не выходя из дома. Новые технологии предоставили детям новые возможности. Однако содержание, характер и особенности процесса детского общения и взаимодействия нисколько не изменились. Вместе с дружбой, уважением, радостью от взаимной коммуникации, осталась неприязнь, отчуждение, конфликты. Безо всяких усилий вместо важной и позитивной информации в сообщение можно заложить оскорбление или угрозу, превратив его в мощное орудие психологической атаки. Так новые передовые технологии могут стать виртуальным оружием, которое можно использовать в корыстных целях. Возможность легко отправить сообщение визуально не видимому собеседнику, одновременно оставляет ту же возможность быть невидимым самому отправителю.

Создавая виртуальный аккаунт в социальных сетях, компьютерной игре, профильном форуме, пользователь обязательно должен заполнить персональные данные. Без этого невозможно будет пользоваться предоставляемыми услугами, того или иного сервиса. Однако на практике туда можно внести абсолютно любую информацию, если только речь не идёт о государственных структурах с профильными сайтами, где предусмотрена многоступенчатая система регистрации, как правило, требующая личных паспортных данных. Однако, этот контент детей, как правило, не интересует ‒ это не их площадки для общения. Там где они предпочитают общаться, проводя значительную часть своего свободного времени, выкладывать фото и видео, оставлять комментарии, такая размещённая в профиле информация для обычного (не относящегося к структурам спецслужб) пользователя не проверяема. Более того, свой истинный образ можно без особого труда скрыть за нарисованной «фейковой» аватаркой. Ощущение, что тебя никто не видит, зная, что ты скрыт за вымышленным образом, вызывает чувство безответственности и приводит к стойкому убеждению в своей абсолютной неуязвимости и безнаказанности.

Оставаясь невидимым, ребёнок испытывающий чувство мести или обиды, зависти или злобы, жажды наживы или обычной скуки получает возможность, косвенно, не вступая в живое общение и вербальный контакт, проявить и выплеснуть свою накопившуюся агрессию, деструктивные мысли и желания, нанося мощный виртуальный удар своей жертве. При этом в ход идут самые грубые и антигуманные средства, такие как: оскорбления, шантаж, запугивание, клевета, подложная информация, разглашение личных данных. Причём остриё этого удара всегда нацелено на то, что дорого и ценно, на то место, где сосредоточена личная информация. Место, где есть возможность поделиться самым важным, интимным и сокровенным ‒ персональную страницу, чат, размещённую в сети личную информацию. Для достижения большего эффекта, атакующий может завести сообщников, став лидером и собрав вокруг себя круг «единомышленников». В итоге, если такие атаки проводятся систематично, жертва изводится постоянно изо дня в день, то они превращаются в интернет-травлю ‒ кибербуллинг. Постоянно атакуя  и видя результаты своих атак, агрессор получает возможность находить уязвимые места, а затем планомерно наносить по ним новые удары, разрушая всё (не только и не столько виртуальное), сколько реальное и физическое существование своей жертвы.

 Оказаться в прицеле компьютерного хулигана («компьютерного тролля» или «компьютерной зубатки») может абсолютно любой ребёнок. Однако наибольшим атакам подвержены слабые, неуверенные, тревожные, с заниженной самооценкой дети. Те дети, которые не могут дать отпор, оказать сопротивление, получить своевременную защиту и квалифицированную педагогическую или психологическую помощь. Из-за неумения контролировать свои эмоции, недостаточно развитой саморефлексии и самоанализа, умения психологически и интеллектуально противостоять агрессору, такие дети искренне и очень глубоко начинают переживать случившееся. Более того, они постепенно приходят к мысли, а затем и к глубинному фундаментальному убеждению, что всё сказанное правда, бороться бесполезно, моё «Я» ничто. Понимая психологию своей жертвы, атакующий получает возможность контролировать и управлять не только мыслями, но и её физическими действиями. В итоге ребёнок теряет чувство реальности, у него развивается депрессия, могут появиться суицидальные мысли.

 Подвергшейся кибератаке ребёнок становится резок и раздражителен или, напротив, замкнут, молчалив и расстроен. Он отказывается от общения и не сообщает родителям и друзьям о том с кем он переписывается или что делает в интернете.

Таким образом, взрослые (родители, школьный психолог или учителя) увидев и поняв, что у ребёнка много времени проводящего за компьютером или смартфоном, изменилось психологическое состояние, а общение с близкими людьми приняло деструктивных характер, должны незамедлительно принять ряд мер предупреждающих и ограждающих ребёнка от временного воздействия виртуальной среды. Причём изолирование или исключение возможности пользоваться компьютерными устройствами не позволит решить сложившуюся проблему. Запрет на использование техники, не научит ребёнка противостоять агрессии, не разовьёт умений правильной коммуникации, не повысит самооценку и веру в свои силы и способности.

Первое, что должны сделать взрослые, ‒ это создать условия взаимного доверия. Ребёнок боится раскрыться. Осознавать, что тебя не поймут, а с другой стороны произнести вслух, другому человеку (пусть это будет даже мама) то, что накопилось в душе и то, что  приносит страдание, может быть ещё более страшно, чем происходящее в виртуальной реальности. Главное заключается в том, что ребёнок должен почувствовать, что его слышат, любят, доверяют, а в исключительных случаях и простят. Только создав условия для взаимного контакта между взрослым и ребёнком, появится возможность переломить не только сложившуюся ситуацию, но положительно изменить поведение и самоощущение ребёнка.

Для повышения уровня коммуникативных навыков, необходимо научить ребёнка правилам общения с компьютерными хулиганами. Во-первых, ребёнок ни в коем случае не должен общаться с агрессором и отвечать на его провокативные сообщения. Отсутствие реакции от жертвы, резко снижает интерес к ней со стороны атакующего. Обычно у всех интернет ресурсов есть возможность внести хулигана в «чёрный список», пожаловаться модератору или в службу поддержки. Обращение к ним и предоставление подтверждающей агрессивное поведение одного из пользователей соответствующей информации, позволяет создать трудности самому агрессору. В случае подтверждения носящих противоправный или оскорбительный характер сообщений и действий, модераторы могут «забанить» самого агрессора, ‒ запретить использовать ему чат для передачи нежелательных сообщений или даже полностью аннулировать аккаунт.            

Во-вторых, следующим шагом со стороны взрослого должно стать выяснение кто стоит за такими атаками. Как правило, в детском кибербуллинге, это такой же ребёнок, учащийся той же школы, куда ходит подвергшийся психологической травле ребёнок, одноклассник или знакомый. Сделав скриншоты из переписки, на которых будет запечатлена подтверждающая информация об угрозах, шантаже, запугивании и т.п. станет возможным реальное привлечение обидчика к ответственности, вплоть до заведения уголовного дела по  статьям о клевете, оскорблениях, неприкосновенности частной жизни, угрозах, доведении до самоубийства Уголовного кодекса Российской федерации.

Автор: Хлебников Александр Сергеевич - кандидат педагогических наук, доцент кафедры «Теория и практика управления» института «Иностранные языки, современные коммуникации и управление» МГППУ.