Константин Костин: ЕР с нами надолго

Сегодня открывается XX съезд партии «Единая Россия». Идеолог «Единой России», глава Фонда развития гражданского общества  (ФоРГО) Константин Костин дал интервью информационному агентству «Znak», в котором рассказал о настоящем положении партии, ее предвыборных технологиях, зачистке оппозиции и партийном «сроке годности».

К своим пятым парламентским выборам партия подходит с самым низким электоральным рейтингом за последние 15 лет – 30%, в то время как за пять месяцев до выборов в Госдуму в 2016 году рейтинг ЕР, по данным ВЦИОМа, находился на уровне 46%. Несмотря на это, ЕР намерена и в этот раз взять большинство мест в парламенте.

Комментируя замечания о рейтинге, глава ФоРГО отметил, что у плато в 30% есть две причины: успешное проведение праймериз (был создан хороший информационный фон, ЕР доминировала в повестке) и то, что остальные партии достаточно вяло входят в процесс, еще раскачиваются.

Антирейтинг партии складывается из суммы рейтингов других партий. По данным опроса «Левада-Центра», сумма рейтингов КПРФ, ЛДПР, «Справедливой России — За правду», «Коммунистов России», Партии пенсионеров, «Родины», «Яблока», «Зеленых» и других партий (в числе которых «Новые люди») — 35%.

По мнению Костина, итоговый результат на выборах во многом определяется тем, сколько людей партия во время активной фазы избирательной кампании смогла привлечь из ситуативного электората на свою сторону. У ЕР помимо базового электората в 30%  есть 17% — они допускают для себя голосование за ЕР при определенных условиях. Задача предвыборной кампании партии — эти условия создать.

У ситуативного электората есть свои запросы. Запрос – это не всегда конкретная ситуация, это «вопрос правильной коммуникации, интонации и правильного электорального предложения». 

По прогнозам ФоРГО, по спискам на выборах в Госдуму ЕР может набрать 40–45% (при явке 50%). Как правило, для достижения таких результатов во главе региональных списков ставят политиков с высоким личным положительным рейтингом, чтобы они выступили локомотивами. Например, в Москве таким локомотивом мог бы стать Сергей Собянин, у которого рейтинг 42%. Несколько дней назад на московской конференции ЕР он выступил с программной речью, где заявил о необходимости того, чтобы партия и исполнительная власть работали в режиме одной команды как на федеральном, так и на региональном уровне.

Оценивая инвестицию рейтинга Собянина в низкий рейтинг ЕР в столице, Костин  определил это вложение как выгодное прежде всего «для государственного деятеля и человека, который управляет огромным городом». По убеждению Костина, те коллеги, кто исходит из того, что бессмысленно сжигать рейтинг ради поддержки партии, не очень дальновидны и слишком молоды, а потому не помнят, что такое отсутствие нормальных партнеров в законодательной власти.

Ранее Константин Костин «путинское большинство значительно шире, чем электоральная поддержка ЕР», поэтому партии нужно «максимально пытаться получить голоса из этого большинства». А вот каким образом, «это наиболее оберегаемая предвыборными штабами ценность».

Дмитрий Медведев говорил, что ЕР «не разделит печальную судьбу КПСС», в том числе потому, что «в выборах КПСС ни с кем не конкурировала», а ЕР «каждый раз подтверждает свое право на управление через выборные процедуры». Однако, по мнению журналиста, сегодня «оппозиционное поле выжжено». С этим не согласен Константин Костин. Он считает, что на предстоящих выборах ЕР будет конкурировать с ЛДПР и КПРФ, несмотря на то, что  журналист парламентскую оппозицию — ЛДПР, КПРФ и СР — отказывается всерьез считать оппозицией, поскольку они в Думе единодушно с ЕР голосуют по ключевым законам. Внесистемная оппозиция «уничтожена сейчас».

Костин считает, что ЕР будет по-настоящему конкурировать «с остальными участниками выборов»: «с коммунистами, новым конгломератом вокруг «Справедливой России», ЛДПР»: «С ЛДПР ЕР очень активно борется за патриотический электорат, у коммунистов твердый базовый электорат, который, правда, сокращается по естественным причинам, но он есть».

По мнению Костина, зачистка несистемной оппозиции сильно не влияет на рейтинг «Единой России»: «Первое — у нее не очень много сторонников, чтобы можно было влиять на электоральные процессы. Второе — последние годы тактика несистемной оппозиции построена не по принципу поддержки своих сторонников, а по принципу как можно больше навредить власти. То же «Умное голосование» — это же не система для продвижения своих кандидатов, это система, которая конъюнктурно поддерживает самого сильного соперника кандидата «Единой России». Однако «пандемийная и постковидная повестка обострила во всем мире вопросы, связанные с суверенитетом политической системы». Везде любое иностранное вмешательство, финансирование выборов из-за рубежа запрещено. «Из-за пандемии все страны очень шустро разбежались по своим национальным квартирам и стали заново проверять крепость дверей и надежность замков. С поправкой на новые технологии и возможности глобальных медиа...  Когда все вокруг максимально закрывают свою политическую систему от любого внешнего воздействия, а ты нет, это может угрожать безопасности, стабильности в твоем государстве». 

В ответ на высказанные журналистом опасения в том, что  «Единая Россия» как любой живой организм в отсутствии внешнего раздражителя в виде несистемной оппозиции может потерять иммунные способности, Константин Костин жестко высказывается в том ключе, что «партии должны конкурировать в наиболее эффективном решении задачи политического представительства, а не в решении совершенно других задач». 

По мнению Костина, важнее те, у кого активное избирательное право. «Невозможно повысить уровень политического участия граждан, не создавая дополнительные возможности для этого участия». 

Отвечая на вопрос о «видимой легитимизации собственных результатов на выборах» и о блокировке оппозиции как минимум на законодательном уровне («закон против ФБК»), политтехнолог считает, что легитимность – это «когда люди согласны с результатом выборов». Важны три показателя: последний опрос перед выборами (когда все социологические службы дают свои прогнозы), экзитполы и поствыборный опрос. Если три эти показателя совпали, значит все честно. Имеет значение работа наблюдателей, выявление нарушений на участках, разрыв в цифрах опроса перед выборами и после них.  «Если люди в результате выборов получили то представительство, о котором они говорили за пять дней до голосования, значит, все прекрасно и легитимно».

Говоря о  «сроке годности» партии, «сроке, когда партия себя изжила бы», Костин уверен, что «это зависит от партии».

«Партия должна меняться. Необходимость выходить на выборы, общаться с гражданами, убеждать в правильности и эффективности своей программы, получать от людей обратную связь — это, с одной стороны, гарантия постоянных изменений, с другой — гарантия того, что «срок годности» отодвигается или даже отсутствует в принципе, потому что демократия позиционирует себя как система, которая, преодолевая проблемы и кризисы, самосовершенствуется. Запас прочности и адаптивности у партии очень высокий», – убежден идеолог. 

«В нынешнем ресурсном состоянии» ЕР можно говорить «о бесконечности, – пошутил Костин. – Я уже сказал: надолго. Это вопрос не только текущих ресурсов, но и конструирования системы их сохранения и восполнения. То есть стратегии, конкретных политических действий, кадровой политики, тактики и практики повседневной».

Политтехнолог полагает, что устойчивость в современном мире — явление динамическое: «Это способность воспринимать вызовы, соответствовать им, адекватно на них отвечать, быть адаптивными к реальности, запросам граждан, тому, как они себе представляют власть и что считают правильным и справедливым».