Тайный рекорд Олимпиады–80

19 июля 1980 года в Москве состоялось открытие XXII летних Олимпийских игр. Разработкой главного символа Олимпиады – факела – поручено было заниматься специальной группе сотрудников завода имени Климова под руководством Бориса Тучина. 

О том, как создавался уникальный факел в непростой обстановке на международной арене и какие технические подвиги совершили советские учёные – в материале.

В 1934 году Международный Олимпийский комитет принял решение о проведении торжественной церемонии зажжения олимпийского огня в Афинах. В её основе заложен древнегреческий миф о титане Прометее, который, ослушавшись богов, похитил огонь с горы Олимп и передал его людям. В благодарность за этот дар люди установили обряд зажжения и перенесения олимпийского огня из Греции в место проведения Олимпиады. Этим великолепным зрелищем открываются Олимпийские игры и по сей день: в солнечный день, на развалинах языческого храма древнегреческой богини Геры, одиннадцать женщин, изображающих античных жриц, собираются для зажжения олимпийского огня. Верховная жрица молит Аполлона послать священное пламя. Артистично склонившись перед вогнутым зеркалом, она подносит к нему факел, и тот вспыхивает. Жрицы танцуют под звуки тимпана, верховная выносит чашу с огнём и передаёт зажжённый факел атлету. Так начинается эстафета факелоносцев.

44 года назад, 19 июля 1980 года, первые в истории Олимпийские игры прошли на территории Восточной Европы — церемония открытия состоялась в Москве на Большой спортивной арене стадиона «Лужники». Однако это событие было омрачено международным бойкотом – более 65 стран отказались участвовать в Олимпиаде в знак протеста против введения советских войск в Афганистан в 1979 году. Оперативные службы были приведены в полную готовность – ожидались провокации. Обстановка была напряжённой. О причинах беспокойства рассказывал Валерий Сысоев, известный советский и российский спортивный и государственный деятель:

«Во-первых, московская Олимпиада проходила в условиях жесточайшего внешнеполитического пресса. Пожалуй, до этого ни одни Игры не испытывали такого давления извне. В декабре 1979 года СССР ввёл войска в Афганистан. После этого США объявили о бойкоте Игр в Москве и призвали сделать то же самое и другие страны. Конечно, возможность провокаций во время Олимпиады не исключалась. Далее, ещё была свежа в памяти трагедия с захватом израильской делегации на мюнхенской Олимпиаде. Ведь что для террористов может быть привлекательнее Игр? Устроить там теракт – значит, войти в историю».

За несколько месяцев до открытия Игр в Москве олимпийский огонь был зажжён в греческой Олимпии. Во время марафонской эстафеты факелоносцы должны были преодолеть маршрут в 5000 километров, сменяя друг друга каждые 1000 метров и зажигая один факел от другого. Обычно на такой отрезок пути у атлета уходило 7–8 минут, поэтому требовалось, чтобы факел горел не меньше 10 минут. Помимо этого, он должен был быть лёгким и не доставлять дискомфорт бегуну. А главное – надёжным, приспособленным к различным погодным условиям – не гаснуть в ливень и при сильных порывах ветра.

Советский символизм – в приоритете

Изначально планировалось сотрудничать с зарубежными специалистами – разработкой факела должны были заниматься японские инженеры. Однако макет, представленный Олимпийскому комитету СССР, слишком напоминал национальный японский символ – ветку сакуры, а это для советского руководства было недопустимо. На предложение переделать проект японская сторона ответила отказом.

Тогда задачу перепоручили специалистам Ленинградского научно-производственного объединения имени В.Я. Климова (сейчас – «ОДК-Климов»). Помимо разработки и создания авиационных двигателей и двигателей баллистических ракет завод производил газовые зажигалки «Ronson». Специализация предприятия, безусловно, была важна, но основной причиной всё-таки были люди — на предприятии трудились лучшие специалисты, готовые к необычным, трудновыполнимым задачам. Поскольку завод имел отношение к военному производству, можно было поручиться – всё будет сделано точно в срок.

Интересная особенность специалистов советского периода – готовность с энтузиазмом и азартом браться за необычные задачи. Борис Тучин рассказывал, по какому принципу была собрана группа:

«Факел был создан, можно сказать, на общественных началах. Во-первых, все участники бригады — добровольцы. Владимир Гайдо, Яков Пинскер, Валентин Любман, Евгений Сур, Эдуард Литвиненко, Николай Секретарев, Валентин Бабкин, Иван Вяйзинен и художник Борис Рогачев сами изъявили желание участвовать в этой работе. Во-вторых, факелом занимались, не оставляя своей основной деятельности, по выходным, да оставаясь на три-четыре часа по окончании рабочего дня. Срок был поставлен жёсткий — не более полутора месяцев. Надо сказать, что поначалу у нас был соперник — одно из предприятий Подмосковья получило такое же задание. Впрочем, узнав, как далеко мы опередили их, наши конкуренты вскоре сложили оружие».

Техническое задание было получено в октябре 1978 года, через месяц инженеры-конструкторы должны были предоставить рабочие варианты. Подробностями поделился один из разработчиков факела, инженер рабочей группы Евгений Сур:

«Техническое задание нам выдали жёсткое. Масса должна была быть не более килограмма, пламя определённого размера и так далее. Плюс к этому уже через два месяца после поступления задачи нужно было изготовить образец и показать японцам, которые должны были сделать несколько тысяч экземпляров факела. Также нам надо было написать документацию к нему на двух языках.

Интересная ситуация была и с описанием дизайна. Было сказано, что факел не должен быть похож на все остальные, но вид его должен быть традиционным».

(Источник: Аргументы и Факты)

По воспоминаниям жены Бориса Тучина, разработчики и сами были неплохо погружены в тему спорта – в студенчестве играли в баскетбол, регулярно ходили в походы. Сам Борис Петрович – баскетболист, постоянный участник спортивных игр. Вызов, брошенный инженерам, стремление к красивому решению сложной задачи, желание не подвести страну – сотворили чудо.

Техническое закулисье

При разработке факела учёные отталкивались от экземпляра мюнхенской Олимпиады. При изменении температуры воздуха время горения немецких факелов могло уменьшаться, и организаторам мюнхенской Олимпиады приходилось в «живом режиме» менять ход эстафеты. Помимо этого, факел горел только в вертикальном и немного отклонённом назад положении. Необходимо было учитывать проблемы, с которыми столкнулись предшественники. Перед советскими разработчиками стояла непростая задача – создать изделие, которое горело бы при любом положении и было приспособлено к любым погодным условиям.

Факел Олимпиады–80 был устроен по типу зажигалки, основными элементами которого были горелка и газовый баллон. Но и здесь всё не так просто. Зажигалка того времени могла гореть не более 30 секунд – этого было достаточно, чтобы прикурить, но не хватало для эстафеты олимпийского огня. Дело в том, что при переходе из жидкого в газообразное состояние поверхность жидкости сильно переохлаждалась и замораживалась, из-за чего огонь затухал. Тогда разработчики решили использовать специальную трубку, которая забирает жидкий газ со дна баллона и уже внутри переходит в газовую фазу. Так решилась проблема с охлаждением топлива. Для того чтобы обеспечить надёжность и бесперебойность горения при любой температуре, была изготовлена испарительно-перегревательная камера. Позже выяснилось, что необходимо использовать газ определённой концентрации. В день первого испытания перед комиссией, за пару часов до начала демонстрации, факел перестал загораться. К счастью, причина затухания огня была быстро выявлена, а на самом испытании пламя держалось целых 12 минут.

Настал момент истины – все испытания пройдены. Факел устроил руководство страны и внешне, и по своим техническим параметрам. Дело оставалось за малым – произвести более 6000 экземпляров для эстафеты олимпийского огня в Японии.

На этом этапе обнаружилась новая проблема. Дело в том, что советское руководство не разрешило использовать японские товарные знаки на олимпийских факелах, поэтому партнёры, на которых по контракту было возложено промышленное производство изделий, учтиво уплатив неустойку, вышли из всех процессов. Снова от наших специалистов потребовалось сотворить чудо – в срочном порядке наладить производство сложнейшего по конструкции изделия. Рабочая группа Бориса Тучина должна была координировать выпуск на семи ленинградских заводах. Каждый факел тщательно проверялся, так как пропустить бракованное изделие было недопустимо. Всего было изготовлено 6200 факелов. На сей раз люди дарили огонь богам.

Вопреки прогнозам 

Обычно середина июля отличалась стабильно теплой, ясной погодой, но в тот год месяц выдался на редкость дождливым и холодным. Накануне, в день генеральной репетиции открытия Олимпийских игр, дождь лил непрерывно. Было совершенно очевидно, что такая погода сохранится на следующий день. Организаторы были подавлены. Казалось, кто-то на Олимпе не желает, чтобы церемония прошла успешно. От идеи разгона дождевых облаков с помощью авиации пришлось отказаться из-за слишком высокой стоимости.

В день открытия небо было пасмурным, но, на удивление, дождь так и не пошёл! Церемония открытия и сами летние Олимпийские игры в Москве произвели фурор. Народ ликовал. Через разные населённые пункты факелоносца сопровождали 22 бегуна, колонна автомобилей с организаторами эстафеты, конструкторы факела и врачи.

Олимпийский огонь был пронесён через территорию Греции, Болгарии, Румынии и СССР. У въезда в Москву атлета встретили со стороны развязки Минского и Можайского шоссе, далее факел торжественно пронесли через Триумфальную арку на Кутузовском проспекте, а в завершении дня состоялась церемония на площади 50-летия Октября, где были представители МОК, Международных спортивных федераций и администрации Москвы. И это только первый день. Ночь олимпийский огонь провёл в здании Моссовета. Уже на утро атлет с факелом пересёк проспект Маркса, Волхонку, Метростроевскую, Комсомольский проспект и, наконец, достиг финальной точки – стадиона «Лужники». Уже там огонь был передан знаменитому баскетболисту Сергею Белову, которому выпала честь зажечь олимпийскую чашу.

По окончании Игр уникальный факел передали в музей Санкт-Петербургского Политехнического университета Петра Великого, выпускником которого являлся сам Борис Тучин.

Прометею – от благодарного человечества 

Текст: Наталия Панасенко.

Фото из открытых источников.