Героическая история Московского ополчения 1941 года

26 июня 1941 года в Ставке Главного командования прошло совещание по неотложным мерам укрепления обороны на участке Западного фронта. На нём была  озвучена идея о народном ополчении. Г.К. Жуков предложил для непосредственной обороны Москвы создать из ополчения 2–3 армии. Ополченцы должны были пройти двухмесячное обучение и участвовать в строительстве оборонительных рубежей под Москвой.

2 июля 1941 года Центральный Комитет ВКП(б) предложил местным партийным организациям возглавить создание народного ополчения.

В тот же день Военный Совет Московского военного округа принял постановление о добровольной мобилизации жителей Москвы и области в народное ополчение.

Формирование частей проводились по территориальному признаку: каждый административный район Москвы формировал дивизию, которая доукомплектовывалась ополченцами из Подмосковья. Мобилизации подлежали жители в возрасте от 17 до 55 лет в Москве в период с 3 по 5 июля, а в  Московской области — с 3 по 6 июля.

6 июля 1941 г. в зданиях школ и клубов на Красной Пресне, отведённых под казармы ополченцев, собралось около 6 тысяч человек, которых стали распределять по трём стрелковым полкам, а также по дивизионам и спецподразделениям.

В соответствии с приказом МВО добровольное формирование Красной Пресни получило наименование 8-й Краснопресненской дивизии народного ополчения в составе 22-го, 23-го и 24-го стрелковых полков и 8-го запасного стрелкового полка.

В Краснопресненском районе Москвы трудились рабочие «Трехгорной мануфактуры», фабрики «Пролетарский труд», завода «Красная Пресня», завода лаков и красок, трамвайщики трамвайного депо. В этом районе находился также и Московский университет, юридический институт, и консерватория имени П. И. Чайковского, Театр Революции и Союз писателей. Тогда вместе с рабочими и  вчерашними школьниками на войну ушла почти вся столичная интеллигенция. 

В 8-ю дивизию вошли семь батальонов добровольцев из Московской области: три батальона из Коломенского и по одному батальону из Солнечногорского, Ногинского, Загорского и Подольского районов.

В Ногинский военный комиссариат до 6 июля пришло около тысячи двухсот добровольцев, которые были направлены в состав 8-й Краснопресненской дивизии народного ополчения. Ногинчане-добровольцы вошли в состав 1-го батальона и частично во 2-й и 3-й батальоны. Вместе с ногинчанами на комплектование Краснопресненской дивизии народного ополчения прибыли добровольцы из Коломенского, Солнечногорского, Загорского и Подольского районов. 

Продолжительное время в Ногинском муниципальном районе установлением судеб земляков-добровольцев занимались краеведы Е.Н. Маслов и В.В. Семёнов. Изученные ими документы и учетные карточки Военного комиссариата позволили установить имена многих ногинчан-ополченцев.

Всех их объединяло одно — они пошли защищать Родину осознанно и добровольно, несмотря на то, что среди них были вчерашние школьники — мальчишки 1923-1925 годов рождения; многие ополченцы не подходили для фронтовой службы – кто-то по возрасту, а кто-то по состоянию здоровья.

Командиром Краснопресненской дивизии 2 июля был назначен комбриг Даниил Прокофьевич Скрипников, который начинал военную службу ещё в царской армии, был полным Георгиевским кавалером, а после революции вступил в ряды Красной армии.

11 июля 1941 года Краснопресненская дивизия вышла из Москвы в лагеря в лесу в районе Николо-Урюпина и Бузланова. В составе дивизии было 5334 ополченца (в том числе из МГУ – 1065 человек). 

Учитывая, что шло Смоленское сражение и возникла угроза окружения Москвы, 20 июля началось создание Можайской линии обороны, для сооружения которой первоначально и была направлена Краснопресненская дивизия. Дивизия участвовала в строительстве рубежа западнее Рузы по линии Деменцево – Кривоногово – Милетино – Хотилово. 

30 июля 1941 года был образован Резервный фронт, в который вошла 32-я армии, в составе которой была 8-я Краснопресненская дивизия народного ополчения. Дивизии было приказано выйти на Ржевско-Вяземскую линию обороны. Передвигаться дивизии приходилось по ночам и под постоянными бомбёжками немецкой авиации. Самолёты ежедневно бомбили и обстреливали населённые пункты, места скопления людей и транспорта, высаживали диверсантов и десанты. В этих условиях дивизия понесла первые потери.

24 августа 1941 года в штаб дивизии пришёл приказ «О переводе дивизий народного ополчения на штаты и табеля действующей Красной армии» и она стала именоваться 8-й стрелковой дивизией.

Полки и специальные подразделения получили общевойсковую нумерацию: 1299-й, 1301-й, 1303-й стрелковые полки, 975-й артиллерийский полк, 699-й отдельный зенитный дивизион, 477-я отдельная моторазведрота, 863-й отдельный батальон связи, 460-й отдельный сапёрный батальон, 336-я отдельная рота химзащиты, 309-я автотранспортная рота, 222-я походная хлебопекарня.

Дивизия стала стрелковой дивизией сокращённого состава и как бы кадровой, при этом она была совсем не кадровой. Большое количество непригодных к воинской службе людей или ограниченно пригодных, не прошедших надлежащего воинского обучения, не позволяло причислить ополченцев к кадровой дивизии. К концу сентября 1941 года численный состав дивизии составил 7500 человек.

29 сентября 1941 года немецкое командование начало операцию «Тайфун», которая должна была завершить окружение войск Красной армии под Москвой.

В 6:30 утра 2 октября 1941 года 4-я полевая армия немцев перешла в наступление на 24-ю и 43-ю армии Резервного фронта. В результате этого удара фронт 43-й армии был прорван. К 15 часам 2 октября немцы по Варшавскому шоссе углубились на 16 километров. Натиск немцев на 24-ю армию изменил планы нашего командования, и 8-ю Краснопресненскую дивизию было решено выдвинуть на переднюю линию.

Командование Резервного фронта решило силами 8-й стрелковой дивизии (КДНО) занять оборону на рубеже Мартыновка – Зубово в Ельнинском районе Смоленской области.  В ночь на 4 октября, когда подразделения дивизии подходили к исходным рубежам они, неожиданно для себя они столкнулись с немцами.

Противостоять пришлось 20 армейскому корпусу немцев в составе трех пехотных дивизий при поддержке около 30 танков. Каждая немецкая пехотная дивизия состояла из 15 000 человек, а в 8-й дивизии (КДНО), было всего 7500 бойцов. 

Утром 4 октября 1941 года гитлеровцы пошли в атаку и имея перевес в силах, за короткое время нанесли серьезные потери дивизии. Погибли многие командиры, оперативная часть дивизии, обозы попали под удар ещё на подходе и оставили бойцов без боеприпасов и питания. Дивизия полностью потеряла управление.

К вечеру от 8-й дивизии ополченцев остались только разрозненные сводные отряды, которые отступали в основном в сторону дер. Уварово, где располагался госпиталь и предположительно штаб дивизии. В первый день боя погибли многие командиры, оперативная часть дивизии, обозы попали под удар ещё на подходе и оставили бойцов без боеприпасов и питания. Дивизия полностью потеряла управление. Многие ополченцы остались в безвестных могилах, многие пропали без вести, многие погибли и были захоронены. Кто-то из бойцов попал в плен и умер в концлагерях.

Напряжённо работал в этот день и медсанбат дивизии, расположенный в церкви Святого Николая Чудотворца в деревне Уварово. Бывший военврач 1303-го полка Е.Е Вознесенская в своих мемуарах вспоминала: «За первый день боя 4 октября в дивизии было ранено 1200 ополченцев. Представляете – 1200!».   

На 1303-й полк наступление вела 15-я пехотная дивизия немцев, которая была сформированная ещё в 1939 году, участвовала в боевых действиях в Польше и на Западе Европы в 1940 году. Эта кадровая дивизия вермахта имела огромный опыт ведения боевых действий, она с июля 1941 года воевала на Восточном фронте. Именно ей была поставлена  задача выйти в тыл 24-й армии.  1301-й стрелковый полк сдерживал натиск 268-й пехотной дивизией немцев, которая осуществляла охват Краснопресненской дивизии с восточного фланга. 

С утра 5 октября 1941 года немцы возобновили атаку на 1301-й полк, но были отбиты. В последующем атаки не повторялись, что свидетельствовало об окружении подразделений полка. Остатки полка двинулись в деревню Уварово. В ночном бою под деревней Уварово погиб комбриг Д. П. Скрипников. 

К 7 октября 1941 года немецкие войска замкнули кольцо окружения в Вязьме, выстроив к востоку от кольца танковую стену. Выходить из окружения приходилось только малыми группами или в одиночку. 

Так ушла в небытие 8-я стрелковая Краснопресненская дивизия. Погибла почти вся дивизия. Её бойцы дрались мужественно и стойко, но на общий ход боевых действий дивизия не могла оказать существенного влияния. Многие ополченцы остались в безвестных могилах, пропали без вести или погибли и были захоронены. Кто-то попал в плен и умер в концлагерях. Лишь немногим ополченцам удалось выйти из окружения и продолжить сражаться в других частях и соединениях Красной армии.

То, что именно в эти месяцы был надломлен стальной хребет отборных фашистских войск, признавали даже высшие офицеры вермахта. Фашистские солдаты и офицеры, триумфально прошедшие почти по всей Европе, нашли свои могилы на подмосковной земле.

Изображение из открытых источников.