Мы не пошли, как скот на бойню: очевидец о восстании в гетто в Несвиже

Ранним утром 21 июля 1942 года рядом с синагогой собрали всех евреев Несвижского гетто. Кто-то из немцев выстрелил. Так началось первое в Восточной Европе восстание в гетто, которое возглавил Шолом Холявский. 

Шолом Холявский родился в 1914 году в Лиде. До начала Второй мировой войны работал учителем в еврейской школе сети "Тарбут" в Несвиже.

- Он был членом сионистской организации левого толка. Работал с молодежью очень активно, ему безгранично верили. Но в 1939 году, когда пришли войска Красной армии, ему запрещено было преподавание на иврите и он создал такую подпольную школу и вместе со своими коллегами проводил дальше занятия. К нему было отношение как к учителю, и поэтому молодежь ему очень сильно доверяла, - рассказал старший преподаватель Белорусского государственного университета Сергей Каун. 

Евреев в Несвиж пригласили Радзивиллы в XVI веке. Талантливые торговцы, ремесленники, врачи, учителя жили в центре города и исправно пополняли казну. В 1931 году в Несвиже проживало около 3300 евреев - более 44% населения. С началом Второй мировой это число выросло: люди, спасая свои семьи, начали переходить польскую границу и оседать в западнобелорусских местечках.

Вначале в гетто говорили о попытке побега. Те, у кого были пожилые родители, не согласились. Было решено готовиться к восстанию. Возглавил его организацию Шолом Холявский.

- Холявский собрал всех товарищей в гетто и обратился к ним с речью (он об этом сам писал) о том, что нужно оказывать сопротивление. Готовились к восстанию достаточно долго: собирали керосин, химические препараты, делали бутылки с зажигательной смесью, вооружались заточками, штыками… Разработали план, что в середине гетто должен загореться стог сена. Они специально стог подготовили, облили его керосином, чтобы в случае необходимости он загорелся. Если мы говорим, что само восстание произошло 21 июля, то уже с осени, а может и раньше, 1941 года шла подготовка.

В Несвижское гетто доносились слухи об "акциях" (так немцы называли массовые убийства). Например, массовая казнь в Городейском гетто. Туда приехали литовские полицаи и жестоко расправились с узниками.

- Они приказали людям лечь на дорогу и ездили по ним тяжелой военной техникой. Того, кто остался живым, просто-напросто грузили в машины, вывозили в овраг и расстреливали. И, можно сказать, это слух, который пришел в Несвижское гетто - пришли литовские полицаи, пришли к Магалифу, сообщили, что вот такое произошло именно в Городейском гетто. Магалиф собрал всю общину около синагоги и рассказал о страшном событии, - добавила научный сотрудник Несвижского историко-краеведческого музея Татьяна Бирюкова.

Было ясно: если кто-то сбежит, обвинят всю общину. Но сидеть и ждать смерти было еще хуже. Каждый готовился к восстанию как мог.

- Девушки, которые работали в магистратуре, чистили оружие, смогли разобрать по частям несколько пистолетов. Детали от пистолета смогли принести в гетто. Смогли принести патроны. Смогли разобрать и перенести в гетто по частям пулемет, который установили на синагоге. Каждый житель должен был сам для себя позаботиться о каком-то холодном оружии. То есть создать возможность сопротивления, когда вспыхнет вот это восстание.

Доверия к Магалифу не было. Во-первых, он не местный. Во-вторых - риск, что он расскажет о готовящемся восстании, был слишком высок. Альтернативой стал арбайтенрад во главе с Шоломом Холявским.

- Они создали еще один орган - арбайтенрад, типа профсоюза что-то. И он как раз возглавил этот профсоюз. Там остались ремесленники в основном. Альтернативная власть, потому что очень важно было объединить людей, - объяснил Сергей Каун. - К тому времени он уже имел большой авторитет. Был учителем, ему доверяли. И после того, как его учеников расстреляли - всю молодежь практически уничтожили, - он посвятил себя борьбе за то, чтобы выжили оставшиеся в гетто.

Захватчики отдали приказ собраться возле синагоги под предлогом того, что будут брать в лагеря молодое население. Евреи посчитали, что это сигнал к восстанию.

- Со стороны немцев была провокация: выстрел в сторону евреев. Он и послужил тому, чтобы евреи восстали против немецко-фашистских захватчиков. Они бросились врассыпную, начали брать свое холодное оружие, в немцев бросать бутылки с зажигательной смесью. Конечно же, оружие достали. С крыши синагоги начал строчить пулемет, - рассказала Татьяна Бирюкова.

Из книги Давида Фарфеля "В Несвижском гетто и Налибокских лесах":

"В таких условиях мы еще осмеливались верить, что, возможно, еще не все потеряно, и лелеяли тайную мечту, что, может быть, выберемся из этого ада. Нужно было иметь необычайное бесстрашие, чтобы верить, что кто-нибудь останется в живых - возможно, только для того, чтобы быть свидетелем и создать книгу для будущих поколений, книгу об этой ужасной трагедии, которая происходила с людьми в узких переулках, маленьких домах и тесных комнатах Несвижского гетто".

Восстание продолжалось до позднего вечера. Погибли 40 немцев и 700 евреев. Выжили по разным данным от 25 до 28 евреев.

- Эти люди смогли спастись, они ушли в партизаны, в налибокские леса. Немногие из них смогли дожить до освобождения Беларуси, до окончания Великой Отечественной войны. Некоторые только, как Шалом Холявский, Давид Фарфель, который написал свою книгу "В Несвижском гетто и Налибокских лесах". Он написал ее изначально в 1995 году на иврите, а позже его сын перевел книгу с иврита на английский язык. Вместе с женой Давида Фарфеля они приезжали в Несвижский историко-краеведческий музей. Книгу на английском языке они одарили фонду краеведческого музея.

Из книги Давида Фарфеля "В Несвижском гетто и Налибокских лесах": 

"Вечером, когда стемнело, мы решили, что выйдем этой ночью. Проведя пять дней без хлеба и воды, мы нашли в себе силы это сделать. Я вышел первым, и передо мной предстала картина, которая и пугала, и радовала. Большая часть города сгорела… Сердце радовалось тому разрушению, которое видели глаза. Мы не пошли, как скот на бойню, мы стойко сопротивлялись, и убийцы понесли урон. В период, когда фашистские войска еще продолжали свое наступательное шествие на восток, кучка евреев отважилась поднять восстание. Мы были последние пятеро евреев, которые покинули гетто. В тусклом свете рассвета 22 июля 1942 года тлели останки сгоревших зданий. Маленькие огоньки мерцали на пепелище гетто, как поминальные свечи по погибшим повстанцам. Часть убитых евреев немцы захоронили прямо на месте, а остальных - в Альбянском лесу в пяти километрах от Несвижа и на Сновской дороге".

Шолом Холявский не просто выжил. Сначала он боролся с нацистами, потом всю свою жизнь посвятил тому, что рассказывал о Холокосте.

- Он создал партизанский отряд и до 1944 года находился в партизанском отряде. В 1948 году он выехал на территорию Израиля и там жил в кибуце, потом преподавал в университете в Тель-Авиве. Именно там в 1977 году защитил диссертацию на степень доктора философии по истории. Он как раз защищал по Холокосту, по уничтожению евреев и по еврейскому сопротивлению на территории Западной Беларуси, - описал Сергей Каун.

Шолом Холявский прожил до 97 лет. Он оставил автобиографические книги. Был одним из самых известных специалистов в области изучения Холокоста на территории Беларуси.

Исторические события:

• Великая Отечественная война 22.06.1941-09.05.1945.