Ленинградский судебный процесс над нацистами в 1945-1946 годах

В ходе открытого судебного процесса над нацистскими преступниками, проходившего 28 декабря 1945 г. – 4 января 1946 г. в Выборгском дворце культуры г. Ленинграда, Военный трибунал Ленинградского военного округа рассмотрел дело о зверствах немецко-фашистских захватчиков в Ленинградской области и приговорил:

Г. Ремлингера (генерала-майора, бывшего коменданта города Пскова), К.-Г. Штрюфинга (капитана, бывшего командира 2 роты 2 батальона «особого назначения» 21-й авиа-полевой дивизии), Э. Бема (обер-фельдфебеля, бывшего командира взвода 1 батальона «особого назначения» 21-й авиа-полевой дивизии), Ф. Энгеля (обер-фельдфебеля, бывшего командира взвода 2 батальона «особого назначения» 21-й авиа-полевой дивизии), Э. Зоненфельда (лейтенанта, бывшего командира особой группы 322 пехотного полка), Г. Янике (бывшего солдата 2 батальона «особого назначения» 21-й авиа-полевой дивизии), Э. Скотки (бывшего обер-ефрейтора 2 батальона «особого назначения» 21-й авиа-полевой дивизии), Э.-Э. Герера (бывшего солдата 2-го батальона «особого назначения» 21-й авиа-полевой дивизии) – к смертной казни через повешение;

Э.-П. Фогеля (фельдфебеля, бывшего командира взвода 2 роты 2 батальона «особого назначения» 21 авиа-полевой дивизии) и Ф. Визе (обер-лейтенанта, бывшего командира 1 роты 2 батальона «особого назначения» 21-й авиа-полевой дивизии) – к ссылке на каторжные работы сроком на 20 лет каждого;

А. Дюре (бывшего солдата 2 батальона «особого назначения» 21-й авиа-полевой дивизии) – к ссылке на каторжные работы сроком на 15 лет. 

Из приговора Военного трибунала Ленинградского военного округа:

«За период временной оккупации Ленинградской области в 1941–1944 гг. немецко-фашистские изверги замучили, расстреляли, повесили, заживо сожгли свыше 50 000 человек, под угрозой расстрела угнали в немецкое рабство более 400 000 советских граждан.

Немецкие варвары полностью или частично разрушили в Ленинградской области 20 городов, 3135 деревень и сел, 152 338 жилых домов, 3783 промышленных предприятий, 1933 школы, 256 лечебных учреждений, 235 детских домов, садов и яслей, 1019 театров, кино, клубов, Красных уголков, музеев и много других зданий и сооружений.

За это же время немцы причинили огромный урон колхозному сельскому хозяйству области, разрушили общественные постройки, хранилища, уничтожили и угнали в Германию около полумиллиона голов скота.

Немецкие захватчики сожгли и разрушили русские города Новгород и Псков с их древними памятниками, промышленными предприятиями, культурными учреждениями, музеями и храмами постройки XI–XII столетий.

Немецкими захватчиками варварски разрушены, сожжены и ограблены дворцы и парки в Гатчине, Павловске, Пушкине, Петергофе. Уничтожена знаменитая фонтанная система Петергофских парков, разграблено свыше 100 000 музейных экспонатов и свыше 100 000 ценных книг.

Общий размер ущерба, причиненного немецко-фашистскими захватчиками государственным предприятиям и учреждениям, колхозам и гражданам в Ленинградской области превышает – 45 миллиардов рублей». 

Из показаний на Ленинградском процессе главного судебно-медицинского эксперта Ленинградского военного округа, полковника медицинской службы, профессора, доктора медицинских наук А.П. Владимирского (2 января 1946 г.):

«Владимирский: Граждане судьи, я был приглашен Государственной чрезвычайной комиссией по расследованию немецких злодеяний, как судебно-медицинский эксперт Ленинградского фронта. К этому времени мы имели на территории Ленинградской области Псковскую и Новгородскую области. Те комиссии, которые были созданы – областные и местные, проводили работы с участием представителей Чрезвычайной комиссии. Нам была придана судебно-медицинская комиссия, которую я и возглавлял. Там были произведены исследования в следующих пунктах: в Красном селе, в г. Пскове и прилежащих к нему районах, в частности, в Завилечье, на месте колхозной поликлиники, на кладбище имени Жен-Мироносиц, в военном городке, в Крестах, в Моглине-1, в Моглине-2, на бывшем салотопенном заводе, в психиатрической больнице, Черняковицы, кроме того в г. Дно и в недалеко от него расположенной деревне Колотушино, в г. Порхове, в военном городке в так называемой усадьбе Полякова и в двух точках того же Порховского района, в Демянском районе, в д. Ользи, в Подсосонье, Шумилово, Старый Брод, Каменка, Кривая Часовня, Вязовня, в Чудовском районе на территории совхоза «Коммунар» и в Чудове-2 и других пунктах Ленинградской области.

Количество трупов советских людей, истребленных немецкими фашистами, далеко превосходит ту цифру, которая отмечена в обвинительном заключении. Если включить всех советских граждан, погибших от небоевой травмы, т.е. травмы, которая не связана с военными действиями, если взять погибших военнопленных, мирное гражданское население, куда включаются женщины, дети, старики, если мы сюда же включим лиц, погибших в больницах, которые были отравлены немецкими захватчиками, то эта цифра превышает полмиллиона человек. Если сейчас члены Военного трибунала слышали выступления свидетелей, говоривших о разрушении ценнейших памятников нашей страны и искусства, то я позволю себе говорить об уничтожении самого дорогого – об уничтожении людей. Колоссальнейшее количество этих людей погибло без свидетелей. Свидетели были, конечно, но если истребляется 50-60 человек и если каждый еще не убитый видит гибель другого и является, таким образом, свидетелем, то после того, как они уничтожаются все, свидетелей не остается, и тогда наш советский суд будет располагать научной оценкой тех повреждений, которые мы находили на трупах, о чем я и докладываю трибуналу.

Я сам, своими руками, перебрал не один десяток тысяч трупов и увидел повреждения, которые имеют место на трупах и которым мы дали оценку, как травмам небоевым. Если сделать общий обзор захоронений, произведенных немецкими захватчиками, то мы увидели бы ямы от небольших размеров до колоссальных размеров рвов, заполненных трупами детей, женщин, стариков и мужчин среднего возраста. 

Вот когда представишь колоссальную цифру истребленных неповинных людей гражданского населения, где было большое количество детей и женщин, к этому же присоединишь цифру людей среднего возраста, возникает вопрос: для чего было такое уничтожение? И вот теперь, когда обвинением оглашены в Нюрнберге соответствующие документы, то здесь полностью складывается «План Барбароссы», который сводился к уничтожению русского народа, к снижению физиологического потенциала, чтобы население страны сократить и сократить настолько, чтобы оно нескоро пришло к тому количеству, которое оно имело до войны. 

Начиная войну, немецко-фашистские захватчики не стеснялись формами того уничтожения, к которому они прибегали. Они травили людей, морили голодом, расстреливали, убивали тяжелыми тупыми предметами, замораживали, вешали. Причем следов преступления не скрывали. При трупах можно было найти документы, утверждающие личность их, можно было найти предметы личного пользования, по которым можно было установить личность. Оставляли одежду, которая являлась ценным признаком для опознавания личности. Разрывая штабеля трупов и небольшие ямы – 4-5 трупов, мы находили одежду. Но с того момента, когда наша Красная армия на всем фронте погнала «непобедимую» немецкую армию, немецкое командование стало заметать следы преступлений. 

Я могу остановиться на одном пункте, где были произведены колоссальные разрушения и чудовищные зверства над людьми. Это больница имени Кащенко.

Как только немцы вошли в Гатчинский район и, в частности, в больницу имени Кащенко, они лишили больных питания. Подачками граждан, сохранившихся в Гатчино, больные некоторое время поддерживались. Тогда немецкое командование решило уничтожить этих больных, и вот в один из дней распустило слух среди больных – но должен вам доложить, что хотя больные психически, но все они занимались трудработами и прекрасно сознавали, что вокруг них делается – слух о том, что всех больных собираются эвакуировать. В один из дней больных привозили к корпусу, корпус был оцеплен, и если туда входили люди, то оттуда выносили трупы. Назначенным людям вводился под кожу трупный яд – скополанин, и больные умирали в ужасных мучениях, в судорогах. Эти трупы погибших больных вывозили в специальных машинах и бросали в ров. 

Было отравлено около 850 человек. В дальнейшем, когда немецкую армию погнали, немецкое командование решило уничтожить следы этого злодеяния. 18 человек советских военнопленных были использованы для сожжения трупов отравленных больных. Эта работа производилась около двух недель. В район, где сжигались трупы, никто из населения не подпускался, жителям не разрешалось подходить. И вот, когда работы были окончены, 18 человек русских военнопленных, которые жили в отдельном сарае, откуда пригонялись на работу и загонялись обратно, были загнаны в этот же сарай, он был облит горючим и сожжен. Так погибли 18 советских военнопленных, уничтоженных немецким командованием, как свидетели их злодеяний. Но все же среди населения остались свидетели, которые видели сожжение трупов и место их сожжения. На основании их показаний было подвергнуто исследованию место сожжения 900 трупов и 18 человек советских военнопленных, которые были также подвергнуты сожжению, о чем и был составлен соответствующий акт. 

Кладбище в Гатчино против Центральной улицы д. 5. Если бы вы, граждане судьи, посмотрели на это место, то увидели бы два кладбища. Одно было расположено на горе, это было немецкое кладбище, оно состояло из ряда могил с крестами и дорожек. Внизу, в низине, в болоте, находились ямы-могилы, в которых находились расстрелянные мирные жители. В этих ямах мы находили трупы женщин и малых детей в возрасте от двух до трех месяцев. Тут же были и трупы стариков.

То же самое мы нашли и в Красном Селе». 

Росархив совместно с ФСБ России при поддержке Фонда президентских грантов ведет работу над сборником документов в серии «Без срока давности» о подготовке и ходе судебных процессов над нацистскими преступниками, организованных в СССР в 1943–1947 гг. Оцифрованные архивные документы пополняют федеральный архивный проект «Преступления нацистов и их пособников против мирного населения СССР в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.» 

Изображение (фото): из открытых источников, ГА РФ, Центральный архив ФСБ России, РГВА

Исторические события:

• Нюрнбергский процесс 20.11.1945-01.10.1946;
• Ленинградский процесс над немецкими военными преступниками 28.12.1945-04.01.1946.