Раскрыт смысл символов на древнерусских изразцах

Исследователь Ольга Кузнецова из Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова представила на страницах журнала "Русская речь" статью о гладких расписных печных изразцах, изготовленных в России в XVIII веке. Автор пришла к выводу, что изразечники, как правило, использовали готовые шаблоны для нанесения рисунка и набор текстовых формул, которые сочетали с подходящей, на их взгляд, картинкой.

"Около трети подписей изразцового корпуса носили номинативный характер, то есть называли и кратко поясняли изображение, - пишет Ольга Кузнецова. - Принцип сочетания подписи и шаблонного изображения связан с визуальным маркером - элементом изображения (жестом, позой, атрибутом), который стал основанием для подбора текста в конкретный момент с позиции конкретного мастера".

Гладкие подписные печные изразцы выделяются среди разнообразных предметов художественного ремесла с надписями на русском языке, отмечает она. Период расцвета и упадка этой интересной традиции пришелся на XVIII век.

"Язык и стратегии работы изразцовых мастеров с текстами ближе всего к лубочным, при разнице потребителей авторы "проектов" лубочных листов и изразцовых печей могли принадлежать к одной культуре", - поясняет ученый.

Исследование показало, что в большинстве случаев рисунки на расписных изразцах делались по шаблонам на основе западноевропейских гравюр и комбинировались с текстами, многие из которых также восходили к печатным источникам. То есть в распоряжении мастеров имелись уже готовые тексты, однако мастера ими не ограничивались. Они создавали различные вариации надписей, пытаясь сочетать их с новыми картинками.

"Подбор формульного текста к готовой картинке делался исходя из того, что, по мнению мастера, будет изображено на изразце, - объясняет Ольга Кузнецова. - Довольно популярны были простые номинативные подписи, прямо указывающие на безыскусно нарисованного персонажа: олень дикая, лев свирепы и т.п.". 

Интересно, что поясняющие надписи на русском языке с называнием объектов известны с древних времен. Однако на изразцах ученые находят весьма таинственные подписи к изображениям людей и животных. В качестве примеров таких надписей исследователь приводит следующие: "ѧрость его предочима" (предполагаемая интерпретация - единорог); "юность моѧ ненаказаннаѧ" (мальчик); "храпростъ моя непобедимая" (страж).

"То есть объект назывался не прямо (дитя, человек с метлой, влюбленные), а обобщенно, нередко субстантивированным прилагательным или абстрактным существительным (родное, домашнее, любовь), - пишет Ольга Кузнецова. - Далее обычно следовали местоимение, необходимое для смысловой привязки к конкретной картинке, и сказуемое: любовь нас соединяет, родное мое со мною или родное наше с нами (в зависимости от количества персонажей, но никогда не дитя наше с нами)".

Подписи такого типа составляют внушительную часть изразцовых текстов, а в рамках исследования было проанализировано более пяти тысяч картинок с подписями. Анализ указал на то, что при подборе подписи изразечник выделял какую-то особенность имеющейся в его распоряжении картинки, так называемый визуальный маркер. Такой маркер очевиден, например, когда в подписи называется непосредственно изображенный персонаж.

В иных случаях взгляд мастера падал на деталь, которую современный зритель может счесть несущественной, например, на малозаметный атрибут в руке, жест и позу, особенность внешности героя.

"На самом деле за такими маркерами стоит опознаваемая современниками мастера иконографическая традиция, и текст под картинкой в некотором смысле становился переводом с языка живописи, - следует из научной работы. - Так, визуальному маркеру борода (устойчивый признак возраста в русской иконографии) соответствует подпись, начинающаяся словом "старость".

Текст: Денис Передельский. Журнал "Родина"

Изображение (фото): rusmuseumvrm.ru