Юрий Лужков: человек, гражданин, патриот, мэр, политик

Юрий Михайлович Лужков (21 сентября 1936 - 10 декабря 2019) — одна из самых узнаваемых фигур российской политики конца XX — начала XXI века. Восемнадцать лет он руководил Москвой (1992 – 2010 годы), став для одних символом созидания и «крепким хозяйственником», для других — олицетворением противоречий эпохи. Как бы ни оценивали его наследие, фигура Лужкова давно вышла за рамки обычного городского начальника: он был политиком федерального масштаба, предпринимателем, изобретателем, организатором и человеком с предельно ярким образом.

Лужков родился в Москве, в простой рабочей семье. Отец, Михаил Андреевич, был плотником на столичной нефтебазе, прошёл войну, был тяжело ранен и попал в плен, но вернулся на фронт и заслужил боевые награды. Мать, Анна Петровна, работала разнорабочей на заводе. Юрий был средним из трёх сыновей, и семья жила небогато — значительную часть детства мальчик провёл у бабушки в украинском Конотопе, где и окончил семь классов школы.

Вернувшись в Москву, он доучился в школе № 529 (ныне № 1259), а в 1953 году поступил в Московский институт нефтехимической и газовой промышленности им. Губкина. Студентом работал грузчиком на Павелецком вокзале и дворником, а в 1954 году отправился в составе одного из первых студенческих отрядов осваивать целину в Казахстане. Тогда же проявился его главный талант — умение организовывать людей вокруг общего дела, который потом и определил всю его карьеру.

После института Лужков прошёл путь от младшего научного сотрудника в НИИ пластических масс до заместителя заведующего лабораторией автоматизации, затем руководил отраслевым НПО «Нефтехимавтоматика». Стал кандидатом химических наук, заслуженным химиком РСФСР. В 1987 году, по рекомендации Бориса Ельцина, возглавлявшего московский горком партии, Лужкова назначили первым заместителем председателя Мосгорисполкома, а в 1990 году он возглавил исполком — фактически исполнительную власть столицы.

Юрий Лужков был прежде всего патриотом своего города и страны — он не отделял личное благополучие от состояния Москвы и искренне считал, что сила России строится из крепких, благоустроенных, самодостаточных регионов. Его патриотизм проявлялся не в громких лозунгах, а в ежедневной работе: в стремлении сделать столицу удобной и красивой, в поддержке малых городов и отдалённых территорий, в сохранении исторической памяти через восстановление памятников и в готовности отстаивать интересы москвичей даже в спорах с федеральным центром. Для него любовь к Родине была синонимом ответственности — и именно эту ответственность он нёс все годы своего руководства, стараясь оставить после себя не просто отремонтированные улицы, а город, которым можно гордиться.

Мэр в эпоху перемен

В июне 1992 года, после отставки первого мэра Москвы Гавриила Попова, Лужков по указу Ельцина был назначен главой города. Он принял Москву в разгар дефицита и экономического хаоса — и справился с задачей, которая казалась невыполнимой: город не просто «пережил» 1990‑е годы, а стал самым динамичным мегаполисом страны. Сюда потекли инвестиции, заработала строительная отрасль, появились первые современные торговые центры, гостиницы и деловые кварталы.

Знаковые проекты той эпохи хорошо известны: реконструкция МКАД, Третье транспортное кольцо, новые линии метро, восстановление храма Христа Спасителя и Манежа, мемориал Победы на Поклонной горе, начало «Москва‑Сити». К концу 1990‑х в прессе закрепился термин «лужковский стиль» — архитектура с обилием декора и стремлением к монументальности. Он вызывал и восхищение, и резкую критику урбанистов и защитников исторической застройки, но равнодушным никого не оставлял.

Социальная политика была особой заботой и гордостью мэра. Первым его решением на посту стали ежемесячные доплаты пенсионерам, ветеранам и инвалидам — их так и называли «лужковскими надбавками»; москвичи получают их до сих пор. Лужков отказался проводить в столице часть непопулярных федеральных реформ и смело конфликтовал с федеральными министрами, защищая льготы москвичей на транспорт и ЖКХ. Его собственная формула была простой: работающему — достойную зарплату, пенсионеру — спокойную старость, молодым — бесплатное образование.

Лужков — единственный мэр Москвы, трижды побеждавший на прямых всенародных выборах. В июне 1996 года он набрал рекордные для постмэровской истории города 88,49 % голосов (в паре с вице‑мэром Валерием Шанцевым), в декабре 1999‑го — 69,89 %, обойдя Сергея Кириенко и Павла Бородина, а в декабре 2003‑го — 74,83 %, оставив далеко позади предпринимателя Александра Лебедева. В 2007 году, после отмены прямых выборов мэров, городскую Думу он утверждал уже по представлению президента — и был утверждён.

Такая электоральная устойчивость объяснялась не только и не столько административным ресурсом. Москва при Лужкове превращалась в город возможностей: рабочие места, строительно‑инвестиционный бум, социальная защищённость. Это формировало заслуженно прочный «народный» рейтинг.

Опыт работы в Москве, ответственность перед москвичами, взаимодействие с регионами России с одной стороны, взаимодействие с федеральным центром и необходимость постоянного отстаивания своих позиций «наверху» требовали присутствия в политическом поле. В конце 1990‑х Лужков вышел на федеральный уровень. Вместе с бывшим премьером Евгением Примаковым он создал блок «Отечество — Вся Россия», который рассматривался как главный конкурент кремлёвской власти на парламентских выборах 1999 года. Но после назначения Владимиром Путиным премьером и появления блока «Единство» расклад изменился: ОВР получил лишь около 13 % голосов, а в 2001 году Лужков влил свою партию в «Единую Россию», став одним из её сопредседателей, сохраняя пост мэра ещё десять лет — вплоть до отставки 28 сентября 2010 года с формулировкой «в связи с утратой доверия» президента Дмитрия Медведева.

Вычеркнул так вычеркнул

Спустя некоторое время после отставки, отвечая на вопрос журналистов о том, как он пережил то, что от него отвернулись 50% «преданных» соратников, Лужков поправил "90" и добавил «вычеркнул».

Справедливости ради надо отметить, что многие из отвернувшихся потом пытались наладить отношения, но Лужков был непреклонен.

Личность Лужкова стала неотъемлемой частью городской мифологии. Кепка — его визитная карточка: в коллекции мэра было около сорока головных уборов, некоторые продавались на благотворительных аукционах; в 2007 году серебряная кепка, изготовленная к его 70‑летию, ушла за миллион долларов — деньги пошли на оснащение реанимации новорождённых московского роддома.

Он был «крепким хозяйственником», не боящимся грязной работы: спускался в коллекторы под центром Москвы, выезжал на стройки, лично проверял сроки. Увлечений у него было множество — пчеловодство (на калужской пасеке собирали около трёх тонн мёда в год), сельское хозяйство, судостроение. По данным Роспатента, Лужков — автор и соавтор 123 патентов: от конструкций ульев и рецептов кваса до опреснителя воды и систем сортировки мусора. Ещё одна сторона — писательская: его книги «Мы дети твои, Москва», «Пособие для будущего мэра» и другие вышли многотысячными тиражами.

Лужков был трижды женат. Первый студенческий брак был недолгим. Со второй женой, Мариной Башеловой, он прожил почти тридцать лет — в браке родились сыновья Михаил и Александр; в 1988 году Марина умерла после тяжёлой болезни. В 1991 году Лужков женился на Елене Батуриной — экономисте, возглавившей строительную компанию «Интеко» и ставшую одной из богатейших женщин России. Этот брак всегда был предметом повышенного внимания прессы: критики упрекали мэра в конфликте интересов, поскольку компания жены участвовала в крупных городских проектах. В этом браке родились дочери Елена и Ольга. Всю жизнь Лужков был человеком большой семьи — с братьями, детьми и внуками он поддерживал тёплые отношения.

Лужков выстроил управление Москвой как жёсткую вертикаль, где ключевую роль играли его соратники. Валерий Шанцев отвечал за социальный блок и экономику, Владимир Ресин — за стройкомплекс, Юрий Кораблев — за финансовый блок. Мэр требовал результата и не терпел проволочек: еженедельные градостроительные комиссии, личные выезды, публичные разносы за срыв сроков стали частью стиля. Широко известна его фраза после рассмотрени очередного отчёта «Это хорошо, но дальше так нельзя». Но одновременно он умел делегировать и доверял проверенным людям, многие из которых после 2010 года остались в городской управленческой элите. Критики называли эту систему «лужковским укладом» — персонализированным управлением, где все нити сходились к первому лицу. В 1990‑е такая модель позволила быстро мобилизовать ресурсы; к концу 2000‑х её же упрекали в закрытости и коррупционных рисках.

Москва при Лужкове щедро помогала другим территориям. Известна поддержка Беслана после теракта в школе № 1 в сентябре 2004 года: Лужков был одним из первых, кто прибыл на место трагедии, а две современные школы для детей Беслана были построены московским бюджетом в сжатые сроки и открыты при его личном участии в 2005 году. Город помогал Грозному — профинансировал строительство нового Дома правительства взамен разрушенного, Туре — кредитом на выплаты бюджетникам, Казани — фонтаном и деньгами на благоустройство, строил школы в Севастополе, на Алтае, в Чечне, Великом Устюге. После трагедии 2002 года на Дубровке и других кризисов московские медицинские учреждения принимали пострадавших со всей страны. Всего у Москвы было заключено около 78 соглашений с регионами о торгово‑экономическом сотрудничестве. Для Лужкова это было и честной политикой, и способом укрепить статус Москвы как «общероссийской» столицы.

В 1990‑е Москва стала колыбелью российского предпринимательства, и во многом это заслуга Лужкова. Именно он в 1991 году, будучи председателем Мосгорисполкома, возглавил комиссию по кооперативной и индивидуальной трудовой деятельности — у истоков легального российского малого бизнеса. Позже город создал Департамент поддержки и развития малого предпринимательства, инфраструктуру организаций поддержки малого бизнеса, сеть технопарков и бизнес‑инкубаторов, Фонд содействия кредитованию малого бизнеса, гарантировавший кредиты предпринимателям. Малым предприятиям предоставлялись льготы на аренду нежилых помещений — по одной тысяче рублей за квадратный метр. «Малый бизнес — основа экономики нашего города», — подчёркивал мэр, видя в нём и источник рабочих мест, и «спасение от кризиса». К концу 2000‑х в Москве работало уже более 230 тысяч малых предприятий — рекорд для России, хотя критики отмечали, что около 75 % из них сосредоточены в торговле, а не в производстве.

В преддверии 90‑летия со дня рождения Юрия Лужкова был издан Указ Президента Российской Федерации, предусматривающий проведение ряда памятных мероприятий, призванных отметить вклад Лужкова в развитие столицы и страны. Документ закрепил официальный статус юбилейных событий: в их числе — открытие мемориальных объектов, просветительские программы, выставки и публикации архивных материалов, раскрывающих управленческий стиль и масштабные городские проекты эпохи Лужкова. Указ подчеркнул значение его работы не только для Москвы, но и как пример сильной региональной управленческой школы, оказавшей влияние на формирование современной городской среды в России.

Одним из знаковых проектов, приуроченных к юбилею, стал Сад памяти Юрия Лужкова на территории музея‑заповедника «Коломенское». Место выбрано не случайно: «Коломенское» — историческое пространство, тесно связанное с московской идентичностью, и сам Лужков уделял внимание сохранению и развитию столичных музеев‑заповедников. В Саду памяти высажены деревья и кустарники, символизирующие разные стороны его деятельности: от городского хозяйства до сельского хозяйства и пчеловодства, которым он искренне увлекался. Пространственная композиция включает аллеи, информационные стенды с ключевыми вехами биографии и цитатами, а также зоны для встреч и просветительских мероприятий. Сад задуман как живой памятник: он не только сохраняет память о мэре, но и служит площадкой для диалога поколений о том, какой была Москва в эпоху перемен и что из этого опыта стало актуальным сегодня.

Юрий Лужков скончался 10 декабря 2019 года на 84‑м году жизни в мюнхенской клинике «Гроссхадерн» при университете Людвига‑Максимилиана. У него давно были серьёзные проблемы с сердцем, он пережил несколько инфарктов и регулярно лечился. Во время операции врачам удалось открыть заблокированные коронарные сосуды катетером, однако затем возникло редчайшее осложнение — кровотечение сердечной мышцы из коронарных сосудов; повторная катетеризация не помогла, наступила остановка сердца. Прощание прошло 12 декабря в храме Христа Спасителя — том самом, восстановленном при Лужкове; отпевание совершил патриарх Кирилл. Похоронен экс‑мэр на Новодевичьем кладбище.

В 2026 году страна отметила 90‑летие со дня рождения Лужкова: в Москве открыли памятник «народному мэру», мемориальные доски появляются в Беслане и Северной Осетии, а Владимир Путин наградил его посмертно орденом «За заслуги перед Отечеством» — Лужков стал полным кавалером этого ордена.

Споры о его наследии не стихают. Сторонники напоминают: он сохранил город в тяжелейшее десятилетие, дал москвичам беспрецедентную социальную защиту, выросшие при нём инфраструктура и малый бизнес стали фундаментом нынешнего благополучия. Критики указывают на утрату части исторической застройки, лужковскую архитектуру и непрозрачность строительного бизнеса. Но обе стороны признают главное: Лужков был политиком масштаба, который мыслил Москвой как проектом на десятилетия. Сегодня, когда Москва переживает очередную волну развития экономики, инноваций, урбанистических перемен, его эпоха читается уже не как набор ошибок и побед, а как цельный период — время, когда один человек с кепкой на голове был готов взять на себя ответственность за самый сложный город страны. И, пожалуй, высшая похвала для управленца — так и остаться «народным мэром» спустя полтора десятилетия после отставки.