В Москве нет денег на медицину, но есть на приватизацию киосков

За последние несколько месяцев власти Москвы умудрились настроить против себя как бюджетников, так и бизнес. Тяжелое согласование федерального бюджета на 2015 год показало, что город не прочь присвоить чужие доходы, однако не знает, на чьи плечи сбросить собственные траты.

Хорошее само по себе слово «оптимизация», в устах чиновников приобретает тревожные нотки. Любая отрасль, узнав, что ее планируют «оптимизировать», начинает нервничать и совершенно справедливо. Как оказалось, «оптимизация» в переводе на всем понятный язык — это «сокращения».

2 ноября на Суворовской площади в Москве прошел митинг столичных работников здравоохранения, до которых быстрее прочих дошел сакральный смысл «оптимизации». План-график реформы медицины в Москве включает сокращение персонала в 28 больницах. Всего под гребенку попадут около семи с половиной тысяч сотрудников, среди которых как специалисты, так и младший персонал. Также московские власти отказываются от оперативного управления зданиями, в которых располагаются больницы. Деньги будут выдаваться только на капремонт и, видимо, только в тех случаях, когда от потолков начнут отваливаться целые куски штукатурки. Все это подается под соусом «повышения качества и доступности медицинского обслуживания в Москве».

Вероятно, что выйти на улицы врачей заставил не только факт сокращения медицинского бюджета города на 22,9 %, но и то лицемерие, с которым плачевные новости были преподнесены как самые воодушевляющие. И опасения, что сокращенных сотрудников, по традиции запишут в число неэффективных и некомпетентных.

Отказавшись от расходов на социалку, чиновники в то же время потянулись к доходам малого бизнеса. Речь пойдет о мелкооптовой рознице и киосковой торговле. Все выглядит так, словно чиновники целенаправленно пытаются подмять под себя этот рынок. Москва уже пережила несколько этапов борьбы с мелкой розницей. В 2010 году в столице насчитывалось около 22 тыс. ларьков, на сегодняшний день их число сократилось почти втрое, до 7,5 тыс. Ярым борцом с киосками выступил Департамент торговли и его глава Немерюк. Считалось, что киоски портят внешний вид города и способствуют распространению антисанитарии.

Проблема вновь была решена методом «оптимизации»: с улиц исчезли объекты, торговавшие фаст-фудом, хлебом, мороженым и цветами, а оставшимся пришлось закупить новые модули, разработанные Москомархитектурой. Стоимость новых киосков варьировалась в пределах 300 — 550 тысяч рублей. Киоски с холодильными аппаратами могли стоить и весь миллион. Для большинства эти суммы оказались неподъемными. Также это привело к тому, что средняя окупаемость киоска при хорошем раскладе составила 6,5 лет. Кроме того, работы или собственного дела лишились порядка 50 000 человек, по оценкам экспертов. Сегодня в отрасли трудятся примерно 25 000, плюс многие поставщики завязаны на работу именно с малой розницей.

Этой осенью гонения на ларьки возобновились. Почти все киоски в Москве сейчас находятся на нелегальном положении: чиновники отказываются продлять им договора аренды земли. И власти постепенно приступили к зачистке рынка. Собственникам приходится или демонтировать самостоятельно, либо дожидаться сноса.

К чему все идет? К появлению на рынке единого государственного предприятия, которое на средства бюджета поставят 7000 новых киосков, чтобы потом будет сдавать их в аренду продавцам. Исходя из стоимости тех же модулей на это уйдет 3,5 – 7 млрд рублей.

Что же получается? Городского бюджета не хватает на социальные расходы: медиков переводят на самоокупаемость, но, с другой стороны, есть немало денег, чтобы с нуля отстроить киосковый рай в Москве, вытеснив с рынка частный бизнес с уже имеющимся имуществом. В долгосрочной перспективе чиновники, конечно, получат прибыль. Но что если есть более эффективный способ расходования этих денег, чем вмешиваться в сферу, где рынок неплохо справляется своими силами? Что если новый федеральный бюджет нуждается в оптимизации, но уже без кавычек?