Студенты-медики КФУ – о системе здравоохранения Израиля

Этим летом студенты Института фундаментальной медицины и биологии КФУ - Регина Гамирова, Эвелина Ионова, Тимур Латыпов и Айрат Билялов - побывали в крупнейшей частной клинике Израиля, принадлежащей к сети «Ассута». Путешествие финансировалось из средств САЕ «Трансляционная 7П медицина» КФУ и имело цель - ознакомить лучших студентов с опытом работы наиболее востребованной клиники и системы здравоохранения мира. Важно, что в перспективе полученный опыт частично может быть применен при модернизации университетской клиники КФУ.

Как правило, студенты медицинских направлений подготовки ИФМиБ проходят практику в университетской клинике, городских медицинских учреждениях, в том числе специализированных, к примеру, Казанском клиническом онкологическом диспансере. В этот раз им представилась возможность сравнить «базы практик» и стать на время частью так называемого «золотого стандарта медицины».

Нам удалось встретиться с ребятами и узнать, в чем, по их мнению, преимущество и особенность израильской системы здравоохранения, что поражает израильтян в российской больнице, почему «почти ошибка» медицинской сестры заслуживает в израильской клинике похвалы и многое другое.

«В течение двух недель каждый наш день был расписан буквально по минутам, - рассказывает Регина Гамирова. - Прикрепившись к врачу, медсестре, мы посещали два или одно отделение в день, нам показывали, как оно работает, отвечали на наши вопросы. Рассказывали нам и об интересных клинических случаях, показывали самих пациентов. Так как вопросов было очень много, мы далеко не скучно проводили время".

Тимур Латыпов: Да, даже при условии того, что нам нельзя было производить медицинские манипуляции. Так как больница частная, и пациенты выбирают врача сами, то он юридически, по контракту не имеет права доверять процедуры кому-то другому. Ну и нас заранее предупредили, что не стоит бросаться на пациентов с уколами (улыбается).

Мы обошли все отделения клиники «Ассута», встречались как типичные для нашей страны - кардиологические, терапевтические, так и не совсем, к примеру, отделение искусственного оплодотворения. Из того, что поразило – инновационная технология - робот-хирург «Да Винчи», выполняющий операции непосредственно под управлением человека. Все манипуляции проводятся «руками» робота, управляемого хирургом с помощью системы джойстиков. Инновация хороша тем, что позволяет совершать более точные движения без тремора, которому подвержен каждый человек, позволяет заходить со сложных углов, отсекать ткани, не нанося серьезных повреждений, то есть, направлена на минимизацию травматизации при проведении операции, которая, кстати, проходит гораздо быстрее, чем при традиционных методах хирургического вмешательства.

РГ: Так как «Ассута» - сеть, распространенная по всему Израилю, каждая больница специализируется на том или ином направлении. В нашей клинике акцент был сделан на хирургической работе и почти во всех отделениях находились хирургические больные. Здесь надо сказать, что, несмотря на специализацию, вся политика больницы направлено на то, чтобы быстрее мобилизовать пациента и выписать - они пытаются быстрее поднять человека на ноги и отправить домой даже после открытых, инвазивных манипуляций.

ТЛ: И это обоснованно. Очень часто у послеоперационных пациентов возникают осложнения, связанные с внутрибольничной инфекцией. Если говорить о подразделениях, у них очень хорошее отделение лучевой диагностики, там есть аппаратура, которая в России вообще не встречается – к примеру, ПЭТ-МРТ. В мире их всего 70. У ПЭТ-МРТ ниже лучевая нагрузка на организм и более четкая картинка, визуализация деталей.

Об особенностях системы

ТЛ: У системы здравоохранения Израиля есть множество особенностей, кардинально отличающих ее от российской. Особо поражает иерархия медицинского персонала. Там, в Израиле, тоже есть медицинские сестры, но их функционал значительно шире. Все они имеют высшее образование, учатся сестринскому делу в течение пяти лет в университете, проходят эквивалент нашей интернатуры и далее, в течение двух лет, ординатуру. То есть, это полноценные врачи, у которых гораздо больше полномочий, чем у нашей медицинской сестры. Так получается, что основная медицинская работа в клиниках Израиля держится на медицинских сестрах - их много, все они квалифицированные специалисты, обладающие большим багажом знаний. Нам есть чему поучиться.

Эвелина Ионова: Нужно еще сказать, что в клинике "Ассута" врачи не сидят возле палат, работают как внештатные сотрудники, а весь день, всю ночь медицинские манипуляции с пациентом проводит медицинская сестра.

РГ: Более того, они имеют право принимать базовые решения. Бывают экстренные ситуации, после возникновения которых вызывают врача. Ну а в остальном решения принимаются медицинскими сестрами.

ТЛ: Там минимизированы и проблемы, связанные с человеческим фактором. К примеру, померила медсестра давление, напутала показания, последствий это за собой не несет - приборы синхронизируются с картой.

Самым удивительным в клинике является учет ошибок и так называемых почти ошибок, отчет по которым ежедневно составляют все медицинские работники. Приведу простой пример. Если случилось так, что медсестра взяла лекарство и поняла по дороге, что пошла не к тому пациенту, она записывает это в свой отчет в виде «почти ошибки». Введение такой системы обосновывается результатами проведенного исследования, которое показало, что 20 «почти ошибок» эквиваленты статистически одной сделанной. За «почти ошибки» в Израиле не применяют санкции, наоборот, человек находит поддержку коллег, ведь чем чаще ты будешь осознавать грань, тем меньше вероятность совершения непоправимого. В этом случае остро чувствуется разница в наших менталитетах и степени ответственности.

Еще в израильских клиниках проводится множество акций. Одна из наиболее известных - с целью приучить медперсонал обрабатывать руки каждый раз до и после посещения больного. Для этого раздаются браслеты, фиксирующие факт обработки рук, на дверях же стоят датчики, считывающие информацию. Надо сказать, что у них повсюду стоят специальные растворы-антисептики, буквально на каждом шагу – возле кровати пациента, напротив, в коридоре.

РГ: Здесь нужно учитывать, что это частная больница, где нет приемного покоя, а все пациенты, как правило, были знакомы с врачом еще до того, как поступили на лечение. Пациенты приходят туда с полным багажом - анализами, подробным обследованием организма, готовые к лечению. Там практически нет непредвиденных, неожиданных, экстренных ситуаций, осложнений.

О медицинском туризме

Тимур Латыпов: Одной из специализаций клиники, что очевидно, является медицинский туризм. В отделении онкологии мы встречались с тремя пациентами, приехавшими из России. Сравнив, мы пришли к выводу, что по некоторым аспектам России есть чем гордиться.

В Израиле работают очень много российских врачей, и если брать уровень знаний, то мы однозначно не уступаем. В технологиях, подходе, - может быть, но не в знаниях, наши специалисты там ценятся.

РГ: Да, до этого мы проходили практику в Казанском онкологическом диспансере (РКОД). И, сравнив отделение онкологии в израильской Ассуте с РКОД, были довольны тем, что не уступаем – ни по условиям пребывания, ни по оснащению операционных. Конечно, не совсем верно сравнивать частное и государственное учреждения, у нас и пациентов гораздо больше, и больница выглядит соответствующе.

О том, что удивляет израильтян в России

РГ: В Израиле сильно удивлены тем, что в России не следуют американским стандартам. Всем, кто приезжает из России, приходится полностью переучиваться, заново сдавать экзамены, проходить специализацию. Как действует американская медицинская система, распространенная по всему миру? Если пациент поступает в больницу, врач следует определенному алгоритму. Только в экстраординарных случах собирается консилиум врачей, и тогда может быть принято решение уйти от стандартов.

В России же каждый врач назначает терапию соответственно своей точке зрения. В Израиле считают, что именно в этом корень всех проблем. Если вам попадется хороший врач в России, который выберет верный курс лечения, то вам повезло, а если нет, то будет упущена основная причина заболевания.

ТЛ: Дело в том, что американские стандарты направлены на то, чтобы обеспечить выздоровление большинства типичных больных. Считается, что в России высок уровень квалификации за счет нестандартного подхода врачей к клиническим случаям. Проблема в том, что болезнь требует нестандартного мышления очень редко. В большинстве своем, как американские коллеги описали, эффективнее идти по намеченному, уже пройденному пути.

На Западе все вузы обучают студентов по единой программе. У нас же тип медицинского мышления зависит от вуза, который ты окончил, от конкретного преподавателя, который тебя учил.

Для нас это был первый опыт выезда за границу от университета. Лично меня удивило в израильских специалистах их внимание к мелочам, складывающееся в такую замечательную картину, которую мы видим сегодня в медицине Израиля – сложный механизм, который работает эффективно и без остановок. Там всё кипит, никто не сидит без дела. Будь эта больница в России, я бы точно пошел туда работать (улыбается). Но перед нами стоят несколько иные цели, хочется двигаться дальше, изучать устройство американской, европейской систем здравоохранения, смотреть, что же нам ближе, работать с нашими больницами. После таких поездок появляется желание что-то изменить – не только в себе или в организации, которой работаешь, а глобальнее.