Битва за Берлин. Часть 2. Взгляд с немецкой стороны

«Надо просто продержаться! На востоке русским можно еще, по крайней мере, два месяца оказывать сопротивление. За это время дело дойдет до разрыва коалиции русских и англосаксов. И кто из них раньше обратится ко мне, с тем я и заключу союз, против другого», — эту речь Гитлер произнес своему окружению 6-го апреля. Но как ни абсурдно она сейчас звучит, тогда ее поддерживало все руководство Германии. В коридорах бункера, где обитал в последнее время вождь Третьего рейха, витал дух Семилетней войны и ее «чудного» завершения: когда воевавшая против войск Фридриха II коалиция распалась вскоре после смерти российской императрицы Елизаветы.

Надо продержаться!

И вот этот день настал — по коридору министерства пропаганды бежал воодушевленный Геббельс, он спешил в аппаратную, чтобы сообщить о чуде. «Мой фюрер! Я поздравляю Вас! Рузвельт умер. Расположение звезд говорит, что вторая половина апреля станет для нас поворотным пунктом. Сегодня пятница 13-е апреля, это и есть поворотный пункт». Эта новость только укрепила веру Гитлера и его окружения в свою избранность. «Начиная с лета 1944 года, Германия вела войну только за выигрыш времени. В войне, в которой с обеих сторон участвовали различные государства, различные полководцы, различные армии и различные флоты, в любое время могли возникнуть совершенно неожиданные изменения обстановки, в результате комбинации этих различных сил. Эти неожиданные события нельзя было предсказать, но они могли возникнуть и оказать решающее влияние на всю обстановку. Таким образом, мы вели войну в ожидании тех событий, которые должны были случиться, но которые не случились», — из показаний бывшего начальника штаба вооруженных сил Германии генерал-фельдмаршала Кейтеля.

Для того чтобы еще продержаться несколько месяцев до предполагаемого фюрером перемирия, немецкое командование воспользовалось паузой в боях, наступившей на Восточном фронте, и спешно начало перегруппировывать свои силы. Так в конце марта — начале апреля с передовой отводятся во второй эшелон и усиленно пополняются людским составом все танковые и панцергренадерские дивизии. Помимо пополнения этих частей 96-ю тысячами запасников, возраст которых колебался от пятнадцати до шестидесяти лет, в эти формирования поступали солдаты из расформированных, обескровленных в предыдущих боях соединений. Быстрое отступление немцев в ходе боев января-марта 45-го, как это не странно прозвучит, также способствовало восстановлению боеспособности боевых формирований. Это было связано с тем, что высвобождалось большое количество учреждений и служб, находившихся в тыловых оперативных районах. «Для того чтобы обеспечить пополнение частей, необходимое для Восточного фронта к моменту предстоящего решительного наступления русских, нам пришлось расформировать всю Резервную армию, то есть все запасные пехотные, танковые, артиллерийские и специальные части, военные училища и высшие военные учебные заведения», — из показаний генерал-полковника Йодля.

Изданный в марте приказ «Все силы родины — фронту!» послужил мощным толчком к формированию большого количества частей народного ополчения, так называемого «фольксштурма». Только на берлинском направлении количество ополченцев составило 24 тысячи человек. 2-го апреля министерство пропаганды Третьего рейха оповещает население Германии о создании организации «Вервольф» — оборотень. Эта организация должна была вести партизанскую войну в тылах войск союзников. На самом же деле ничего подобного так и не успели создать.

3-го апреля в немецкие части, занимавшие оборону на берлинском направлении, пришел приказ, гласивший: «В скором будущем нужно ожидать большого наступления большевиков на реке Одер. Для укрепления духа и возбуждения фанатизма необходимо в период с 5-го по 8-е апреля провести беседы в частях. Основой для этих бесед служат следующие указания: война решается не на Западе, а на Востоке, и именно на участке нашей армии. Предстоящее наступление большевиков должно быть отбито при любых обстоятельствах. Предпосылки для этого у нас есть — люди и техника имеются. Наш взор должен быть обращен только на Восток, независимо от того, что будет происходить на Западе. Удержание Восточного фронта является предпосылкой к перелому в ходе войны. При упоминаниях о событиях на Западе самое главное — поддержать и усилить мужественным тоном надежду, что положение будет исправлено». «Офицеры говорили нам, что мы должны драться с максимальной яростью и не допустить захват Берлина русскими. В крайнем случае сдать Берлин американцам, но только не русским!» — из показаний пленного немецкого солдата.

14-го апреля выходит приказ — аналогия сталинского приказа №227. В нем говорилось о высшей мере — расстреле — для тех, кто отдаст приказ об отступлении или сам начнет отход, независимо от звания и занимаемой должности. Вообще, изучая приказы немецкого Верховного Главнокомандования, невольно проводится параллель с действиями нашей Ставки в период 1941-1942 годов. Я не буду здесь подробно их рассматривать. Это тема для отдельной статьи. Ну а читатель может и сам сделать свой сравнительный анализ. Еще с начала 45-го года стали применяться репрессивные меры к семьям солдат и офицеров, которые сдались в плен советским войскам. Более того, из боевых частей изымались солдаты и офицеры, имевшие родственные связи в России или бывшие на ее территории до войны. Все дивизии первого эшелона обороны были укомплектованы личным составом исключительно немецкого происхождения.

Так что же сосредоточили немцы к началу сражения за столицу рейха? Начиная от Берлина и заканчивая выходом к Балтийскому морю, расположилась группа армий «Висла», под командованием генерал-полковника Готтарда Хейнрици. Сам генерал-полковник занял должность 21-го марта, сменив на этом посту рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера, бездарное руководство которого еще более усугубило и без того бедственное положение группы армий. По составу эта группа, в полосе наступления 2-го Белорусского фронта, была довольно-таки пестра и насчитывала следующие соединения. В первом эшелоне сосредоточились:

- 6-я школа ВВС (1батальон);

- 2-й батальон морской пехоты;

- 4-й штурмовой пехотный батальон;

- 301-й полк морской пехоты (2 батальона);

- три крепостных полка «Свенемюнде» (6 батальонов);

- четыре крепостных полка «Штеттин» (8 батальонов);

- 549-я народно-гренадерская дивизия (6 батальонов);

- 4-й полк «Померания» (2 батальона);

- 610-я резервная дивизия (2 полицейских полка и 1 полицейская бригада);

- батальон 27-й гренадерской дивизии СС «Лангемарк»;

- боевая группа «Шведт» (3 батальона);

- части 547-й народно-гренадерской дивизии;

- 1-й парашютный полк (3 батальона).

Всего: 33 650 человек, 409 орудий, 224 миномета и 12 САУ.

Второй эшелон являлся оперативным резервом и был более мощным. В нем сосредоточились:

- 402-я учебная пехотная дивизия (2 батальона);

- 281-я пехотная дивизия (8 батальонов);

- 28-я гренадерская дивизия СС «Валлония» (5 батальонов);

- 27-я гренадерская дивизия СС «Лангемарк» (6 батальонов);

- танково-истребительная бригада «Фридрих» (2 батальона);

- 103-я пехотная бригада СС;

- 171-я противотанковая бригада;

- 184-я бригада штурмовых орудий;

- полевой запасный полк «Одер» (2 батальона);

- полевой запасный полк 3-й танковой армии (2 батальона);

- 5-й пехотный полк «Померания» (2 батальона);

- 5-й запасный танковый батальон, три батальона фольксштурма;

- боевая группа «Остзее» (2 батальона), боевая группа «Ладебург» (2 батальона);

- 4-я венгерская офицерская школа (1 батальон).

Всего: 41 000 человек, 426 орудий, 252 миномета, 116 танков и штурмовых орудий.

Итак, превосходство в силах было на стороне 2-го Белорусского фронта: в людях — в 4,4 раза, в танках и САУ — в 7,4 раза, в артиллерийских орудиях — в 4,7 раза и в минометах — в 6 раз. На центральном — Берлинском — направлении войскам маршала Жукова противостояли, помимо частей группы армий «Висла», также: армейская группа Штайнера, она же «Армия Штайнера», названа так в честь своего командующего обергруппенфюрера СС Феликса Штайнера. Ну и на самом судьбоносном для Берлина и всей Германии направлении — в центре Одерского фронта — оборону предстояло держать 9-й армии генерала от инфантерии Теодора Буссе. Здесь плотность войск составила 4-7 км фронта на дивизию. «Для нас было понятно, что битва за Берлин будет решаться на реке Одер. Поэтому основная масса войск 9-й армии была введена на переднем крае. Срочно формировались резервы, которые должны были сосредоточиться севернее Берлина», — из показаний бывшего начальника штаба оперативного руководства верховного главнокомандования генерал-полковника Йодля.

Боевой и численный состав немецких войск перед 1-м Белорусским фронтом на 14-е апреля был следующим. В войска первого эшелона обороны вошли:

- 547-я народно-гренадерская дивизия;

- 606-я народно-гренадерская дивизия (всего 15 батальонов);

- 1-я морская пехотная дивизия (9 батальонов);

- 5-я легкопехотная дивизия (7 батальонов), семь пехотных дивизий — 169-я пехотная дивизия, 712-я пехотная дивизия, 286-я пехотная дивизия, 275-я пехотная дивизия, 214-я пехотная дивизия, 309-я пехотная дивизия «Берлин», 303-я пехотная дивизия «Добериц» (всего 54 батальона);

- 9-я парашютная дивизия (10 батальонов);

- 20-я панцер-гренадерская дивизия (7 батальонов).

Крепостное управление Франкфурта смогло сформировать 25 батальонов, 32-я гренадерская дивизия СС «30-е января» (6 батальонов), 35-я полицейская дивизия СС (5 батальонов) и 391-я охранная дивизия (5 батальонов).

Общая численность этих боевых формирований, а также отдельных полков и батальонов, частей усиления, армейских корпусных управлений, действовавших также в первом эшелоне, составила: 200 900 человек, 2282 орудия, 1290 минометов, 467 танков и штурмовых орудий.

Войска второго эшелона обороны германской столицы являлись оперативным резервом. В нем были сосредоточены:

- 23-я панцер-гренадерская дивизия СС «Нидерланд»;

- 11-я панцер-гренадерская дивизия СС «Нордланд»;

- 18-я панцер-гренадерская дивизия;

- 25-я панцер-гренадерская дивизия;

- панцер-гренадерская дивизия «Курмарк» (всего 31 батальон);

- 156-я пехотная учебная дивизия;

- 1-я авиа-полевая учебная дивизия (14 батальонов);

- танковая дивизия «Мюнхеберг».

Всего 64 700 человек, 630 орудий, 480 минометов, 388 танков и штурмовых орудий.

Ну а позади этого эшелона стоял последний рубеж обороны — Берлин и его гарнизон:

- около 200 батальонов фольксштурма;

- охранный полк «Великая Германия»;

- три противотанковых дивизиона;

- три танко-истребительные бригады;

- одна зенитная дивизия с частями усиления;

- особая танковая рота «Берлин» (24 танка Pz-IV и Pz-V в неходовом состоянии, а также отдельные башни этих танков, установленные на бетонные бункеры);

- охранный бронепоезд №350.

Всего 150 000 человек, 330 орудий, 1 бронепоезд, 24 танка (не на ходу).

Помимо этого, в стадии формирования находились две пехотные дивизии — «Теодор Кернер», «Фридрих Людвиг Ян» и 2-я моторизованная дивизия «Герман Геринг».

Таким образом, сравнивая соотношение сил сторон, на этом — самом главном — направлении видно, что 1-й Белорусский фронт превосходил своего противника: в людях — в 1,8 раза, в танках и САУ — в 2,6 раза, в орудиях — в 3 раза, в минометах — в 4 раза.

Сосредоточив северо-восточнее Берлина одну танковую, две пехотные, пять моторизованных дивизий, немецкое командование собиралось ударом во фланг наступавшим войскам 1-го Белорусского фронта сорвать наступление советской армии на столицу. Группа армий «Центр», под командованием генерал-фельдмаршала Фердинанда Шернера, в составе 17-й общевойсковой и 4-й танковой армий держала оборону против войск 1-го Украинского фронта.

В состав 17-й армии вошли следующие подразделения:

- 100-я легко-пехотная дивизия;

- 359-я легко-пехотная дивизия;

- 269-я легко-пехотная дивизия;

- 20-я пехотная дивизия СС «Эстония»;

- 31-я пехотная дивизия СС;

- 208-я пехотная дивизия;

- 168-я пехотная дивизия;

- 344-я пехотная дивизия;

- 254-я пехотная дивизия;

- 78-я пехотная дивизия;

- 20-я танковая дивизия;

- танковая дивизия «Герман Геринг»;

- 45-я фольксгренадерская дивизия.

Всего эта армия насчитывала 81 400 человек, 1035 орудий, 574 миномета, 148 танков и штурмовых орудий.

Силы 4-й танковой армии были немного мощнее, они включали в себя следующие части:

- пять пехотных дивизий: 72-я, 342-я, 17-я, 36-я СС; 615-я особого назначения;

- четыре танковых дивизии: 21-я, «Богемия», «Охрана фюрера», 10-я СС;

- две фольксгренадерские дивизии: 6-я, 545-я;

- панцер-гренадерская дивизия «Бранденбург»;

- пехотная бригада «Великая Германия».

В общей сложности 92 100 человек, 1034 орудия, 645 минометов, 263 танка и штурмовых орудия.

Помимо этих армий, в группе «Центр» были части усиления, армейские и корпусные управления, отдельные полки и батальоны. Всего 97 000 человек, 491 орудие, 201 миномет, 125 танков и штурмовых орудий.

Из восьми дивизий, находящихся в резерве, командование группы армий «Центр» создало группировку, целью которой было нанесение контрудара по правому флангу 1-го Украинского фронта и как следствие этого — предотвращение охвата нашими войсками города Берлин с юго-востока.

Силы 1-го Украинского фронта были намного мощнее и превосходили противника в людях — в 1,8 раза, в орудиях — более чем в 2,5 раза, в минометах — в 3,6 раза, в танках и САУ — в 4 раза.

Что касается авиации, то к 12-му апреля 45-го 6-й воздушный флот, под командованием генерал-полковника фон Грейма, смог собрать под Берлином и подготовить к будущим боям 1850 истребителей и штурмовиков. К тому времени численное превосходство советских самолетов превысило отметку 4/1. В небе безраздельно господствовала авиация союзников, а соколы Геринга страдали от катастрофического дефицита горючего.

Силы, которыми располагали немцы на пороге битвы за Берлин, были уже давно не те, что раньше. Боевые соединения Третьего рейха имели довольно потрепанный вид. Зачастую формально дивизии, а фактически полки и батальоны были обессилены в предыдущих боях. Солдаты этих подразделений были по-разному экипированы, по-разному вооружены. Порою не осведомлены, в какой они части числятся. (Все дело в немецкой оргштатной реформе от 1-го апреля 1945 года: до самого конца боевых действий пленные, захватываемые нашими разведчиками, не могли определить, в какой дивизии служат — в танковой или панцер-гренадерской.) Танковые части оснащались разношерстной боевой техникой. В одной танковой роте можно было увидеть как и только что сошедший с конвейера танк, так и изъятую из какой-либо танковой школы боевую машину шестилетней давности или трофейную броне-единицу, не представляющую уже никакой серьезной боевой ценности. Частые смены командного состава, порой бездарное руководство и отсутствие нормальных резервов — все эти факторы не могли не повлиять на исход сражения.

14-15 апреля.

Разведка боем «Разведка боем — способ войсковой разведки, состоящий в получении данных о силах противника, его боевых порядках, расположении огневых средств и др. путем наступления. Обычно проводится в случаях, когда другими средствами и способами разведки не удается получить необходимых данных о противнике и его намерениях. Разведка боем ведется специальными подразделениями, усиленными танками, артиллерией и другими средствами. Наступление подразделений, ведущих разведку боем, может поддерживаться авиацией. Организует разведку боем и руководит ею, как правило, командир соединения (части), в полосе которого она проводится» — такое разъяснение дает Большая Советская Энциклопедия.

Перед началом Берлинской наступательной операции войска 1-го Белорусского фронта 14-го и 15-го апреля провели разведку боем с целью: «прощупать» главную полосу немецкой обороны перед Кюстринским плацдармом, а также захватить отдельные участки вражеских окопов. Для поддержки разведывательных частей командование задействовало артиллерию и авиацию фронта. В ходе этих двухдневных боев нашим войскам удалось вклиниться в оборону противника, на некоторых участках фронта на 2-5 км, и завладеть первыми рядами траншей немцев. Благодаря этому разведподразделениями фронта была уточнена группировка противника, его система обороны. Немецкие части были дезорганизованы, нарушилась их система ведения огня. В дополнение ко всему, наиболее плотные зоны минных полей оказались в нашем тылу, что позволило беспрепятственно их обезвредить.

Наша разведка боем «спутала карты» немецкому командованию. Основываясь на предыдущем опыте боев, когда вслед за разведподразделениями наступали и основные силы советских войск, немцы, не увидев этих самых войск ни 14-го, ни 15-го апреля, решили, что наше наступление отложится на пару дней. «То обстоятельство, что русские после действия своих разведотрядов 14-го и 15-го апреля не наступали, ввело наше командование в заблуждение, и когда мой начальник штаба полковник фон Дуфинг от моего имени сказал начальнику штаба 11-го танкового корпуса СС, что нельзя сменять 20-ю панцер-гренадерскую дивизию танковой дивизией «Мюнхеберг» накануне русского наступления, последний ответил — если русские сегодня не наступали, значит, они предпримут наступление только через несколько дней. Таково было мнение и других высших офицеров 9-й немецкой армии», — из показаний пленного немецкого командира 56-го танкового корпуса, а впоследствии командующего обороной Берлина генерала Вейдлинга.

В ночь с 15-го на 16-е апреля 1-й Белорусский фронт перешел в стадию максимальной боевой готовности. На аэродромах загружались бомбардировщики, артиллеристы подносили боеприпасы к орудиям, танкисты заправляли горючим свои танки, пехотинцы чистили оружие. Начиналась последняя битва Великой Отечественной войны…