Сегодня среда, 28.10.2026, 12:53, ньюсмейкеров: 45230, сайтов: 1203, публикаций: 3613288, просмотров за сутки: 1261986

01.10.2024 10:10
Новости.
Просмотров всего: 15784; сегодня: 6.

Первая Ржевско-Сычевская операция

Ржевско-Сычевская наступательная операции войск левого крыла Калининского и правого крыла Западного фронтов проводлась с целью сковать основные силы группы армий «Центр» и не допустить переброски её соединений на Юго-Восток, где в это время проходила Сталинградская битва 1942 – 1943 гг.

В результате наступления Калининского и Западного фронтов зимой – весной 1942 г. в конфигурации советско-германского фронта образовался так называемый «ржевско-вяземский выступ», который с тех пор находился под пристальным вниманием обеих противоборствующих сторон. Так, главное командование вермахта, планируя военные действия на предстоявшее лето, намеревалось сохранить на центральном участке своего Восточного фронта, то есть в полосе группы армий «Центр», занимаемое положение, по крайней мере, на начальном этапе кампании. Что касается советской стороны, то в соответствии с «Основными положениями плана Генерального штаба Красной армии на летнюю кампанию 1942 года» предусматривалось провести на западном направлении наступательную операцию силами Калининского, Западного и частично Северо-Западного фронтов с целью разгрома ржевско-вяземско-гжатской группировки противника, то есть ликвидации всего ржевско-вяземского выступа.

Однако сложившаяся к середине лета 1942 г. обстановка, когда инициативу в вооруженной борьбе вновь захватил враг, заставила советское Верховное Главнокомандование отказаться от реализации этого крупномасштабного плана. 16 июля, в то время, когда ударные группировки немецких войск уже рвались на Кавказ и к Сталинграду, Ставка ВГК приняла новое решение. Его суть заключалась в том, чтобы ударом Калининского фронта с севера на Ржев и Западного фронта от Погорелого Городища на Сычевку срезать только верхний, северо-восточный угол ржевско-вяземского выступа, «очистить от противника территорию к северу от реки Волга в районе Ржев, Зубцов и территории к востоку от реки Вазуза в районе Зубцов, Погорелое Городище, овладеть городами Ржев и Зубцов, выйти и прочно закрепиться на реках Волга и Вазуза».

Командующий войсками Калининского фронта генерал-полковник И.С. Конев решил главный удар нанести 30-й армией генерал-майора Д.Д. Лелюшенко на участке Ново-Семеновское, Плотниково в направлении Дешевки, Рамено, Полунино, Ржев. Овладеть последним планировалось к исходу второго дня операции. В армию входили десять стрелковых дивизий, три стрелковые и восемь танковых бригад, насчитывавших около 390 танков. Оборону врага намечалось прорвать в центре полосы, для чего привлекались три стрелковые дивизии – 379-я с 28-й танковой бригадой, 16-я гвардейская с 256-й танковой бригадой и 2-я гвардейская с 143-й танковой бригадой. Другой удар наносился 29-й армией генерал-майора В.И. Швецова на удалении 15 км от главного силами трех усиленных стрелковых дивизий.

Двум армиям противостояла группировка немецких войск в составе восьми пехотных и трех танковых дивизий. Они занимали заблаговременно подготовленные эшелонированные рубежи, на которых были оборудованы опорные пункты с окопами полного профиля и деревоземляные огневые точки (дзот). Подступы к ним прикрывались минными полями и проволочными заграждениями.

Наступление Калининского фронта началось 30 июля в неблагоприятных условиях. Командование противника, установив дату и время перехода соединений 29-й и 30-й армий в атаку, привело свои части в боевую готовность. К тому же сплошная облачность, дождь, превратившийся в сплошной ливень, затруднили проведение авиационной подготовки. По сути, она была сорвана. За весь день авиации смогла совершить всего 86 самолето-вылетов. Лучших результатов достигла артиллерийская подготовка, продолжительность которой составила 1,5 часа. Плотность орудий и минометов на участке прорыва 29-й армии составляла 117, а 30-й армии – 140 единиц на 1 км. Это позволило нанести значительный урон немецким подразделениям на переднем крае и в тактической глубине, а также его артиллерии. Несмотря на это, к исходу дня только две дивизии 30-й армии продвинулись на 4-5 км, а остальные прорвали лишь первую позицию. Поддержать стрелковые части было нечем, так как артиллерия не смогла одолеть бездорожья и отстала. Для наращивания силы удара командующий армией попытался ввести в сражение подвижную группу (две танковые бригады). Но легкие танки, двигаясь по низинам, застряли в грязи и стали хорошей мишенью для противотанковых средств.

В целом в течение 30 июля в обороне врага была образована брешь шириной 9 км с наибольшим продвижением в центре полосы армии – на 6 км. На угрожаемое направление немецкое командование выдвинуло резервы и не только стабилизировало положение, но и предприняло ряд контратак. Попытки углубить и расширить прорыв 31 июля и 1 августа дали незначительные результаты. Подводя итог первых трех дней наступления, генерал-полковник И.С. Конев в докладе Верховному Главнокомандующему отмечал: «Передний край оборонительной полосы противника и его глубина на участке прорыва представляют собой прочно оборудованный рубеж, насыщенный сооружениями и препятствиями полевого типа… Перед огневыми точками проволочные заграждения в 2-3 ряда… Танкодоступные участки заминированы противотанковыми минами…

Боевые действия проходят в исключительно трудных метеорологических условиях. Сильные дожди, которые не позволили полностью использовать авиацию и танки, сорвали также подвоз боеприпасов… В результате темпы наступления резко снизились, что позволило противнику усилить второй оборонительный рубеж… Наши потери: подбито и сожжено 17 танков и 6 орудий, убито и ранено 7200 человек…».

Вплоть до 7 августа стрелковые и танковые части по несколько раз в сутки предпринимали атаки на занятые врагом населенные пункты, неся при этом большие потери в людях и технике. Так, например, только 220-я стрелковая дивизия в боях за Вельково и Свиньино потеряла в течение четырех дней 877 человек убитыми и 3083 ранеными. Наиболее тяжелая обстановка сложилась в 6-7 км севернее Ржева, где соединения ударной группировки 30-й армии штурмовали деревни Полунино, Галахово и Тимофеево. Они были превращены немецкими войсками в мощные узлы сопротивления с минными полями, сетью дзот, колючей проволокой в три – четыре ряда. Восемь дней 16-я гвардейская стрелковая дивизия, 28-я и 35-я танковые бригады пытались овладеть одним из таких узлов – Полунино, но безуспешно.

В создавшейся обстановке, приостановив наступление, генерал-майор Д.Д. Лелюшенко 7-9 августа произвел перегруппировку сил и средств с целью переноса направления главного удара из центра полосы армии на ее левый фланг (на Грибеево, Опоки, Ржев). В ударную группировку вошли шесть стрелковых дивизий, три стрелковые и несколько танковых бригад. Для развития успеха создавалась танковая группа в составе 28-й и 240-й танковых бригад (КВ – 5, Т-34 – 12, легких танков – 5) и 753-го легкого артиллерийского полка. Ее намечалось ввести в прорыв в полосе 274-й стрелковой дивизии, после того как она овладеет деревней Теленково.

Начиная с 10 августа, 30-я армия продолжила наступление в направлении Ржева. Преодолев ожесточенное сопротивление противника в районе населенного пункта Грибеево, части 375-й стрелковой дивизии при поддержке 143-й танковой бригады к вечеру 14 августа достигли опушки рощи северо-восточнее Ржева, а утром 16 августа вышли непосредственно на городские окраины. Отдельные подразделения ворвались в военный городок, захватили несколько казарм. Но дальше продвинуться не смогли. Враг подготовил к обороне каждый каменный дом, каждую казарму. В подвалах и нижних этажах были расставлены минометы и орудия, на крышах и вышках – пулеметы. Все кругом было заминировано и обнесено проволочными заграждениями в несколько рядов. Огневые точки и здания, приспособленные к обороне, связывались между собой траншеями. Бои в районе военного городка приняли затяжной характер.

В полосе 274-й стрелковой дивизии едва стрелковые подразделения перешли в атаку, командующий армией принял решение ввести в сражение танковую группу. Но на преодоление болотистого ручья она затратила весь день и лишь к вечеру овладела деревней Теленково. Дальнейшее продвижение вперед шло медленно. Генерал-полковник И.С. Конев в донесении в Ставку ВГК от 11 августа сообщал: «… бои за Ржев по-прежнему носят исключительно напряженный характер, противника приходится буквально выживать и истреблять в его дзотах и траншеях. Особо ожесточенные бои шли на участке главной группировки, где происходило буквально перемалывание живой силы противника».

Овладев рядом населенных пунктов на подступах к Ржеву и северной частью пригородного аэродрома, левофланговые дивизии 30-й армии к вечеру 21 августа вышли к Волге на рубеже Варюшино, Голышкино. Однако их попытки с ходу форсировать реку не удались. В тот же день ее достигла, от Варюшино до Зубцова, и 29-я армия Наступление было приостановлено для перегруппировки сил и восстановления боеспособности понесших большие потери соединений и частей. Достаточно сказать, что только 30-я армия потеряла за август 82 441 человека, в том числе 19 096 убитыми. Было утрачено 188 танков, из них 12 КВ и 72 Т-34.

В полосе Западного фронта командующий его войсками генерал армии Г.К. Жуков принял решение ударом 31-й и 20-й армий генерал-майора В.С. Поленова и генерал-лейтенанта М.А. Рейтера прорвать вражескую оборону на р. Держа и, разгромив зубцовско-кармановскую группировку, достичь рубежа рек Вазуза и Гжать. После этого 31-й армии предстояло вести наступление с юга на Зубцов, содействуя войскам Калининского фронта в освобождении Ржева. 20-я армия должна была развивать успех в направлении Сычевки.

31-й армии было придано шесть танковых бригад, насчитывавших 294 танка. Три бригады использовались в первом эшелоне в качестве танков непосредственной поддержки пехоты, другие три – составили армейскую подвижную группу под командованием генерал-майора А.Ф. Бычковского. 20-я армия получила на усиление пять танковых бригад – всего 263 танка. Две из них придавались дивизиям первого эшелона. Остальные три танковые и одна самокатно-мотоциклетная бригады были сведены в армейскую подвижную группу, которой командовал Герой Советского Союза полковник П.М. Арман. Развитие успеха наступления возлагалось на фронтовую подвижную группу, в которую вошли 6-й и 8-й танковые (169 и 165 танков соответственно) и 2-й гвардейский кавалерийский корпуса. Ей предстояло войти в прорыв на второй день операции на смежных флангах двух армий.

В полосе предстоявшего наступления 31-й и 20-й армий занимали оборону две пехотные и две моторизованные дивизии 46-го танкового корпуса немецкой 9-й армии. В оперативной глубине были сосредоточены три танковые дивизии. Передний край обороны врага проходил по окраинам населенных пунктов, дорогам между ними, опушкам лесов и рощ, берегам рек. Наиболее сильный из них находился в Погорелом Городище. Здесь все каменные дома и подвалы представляли собой долговременные огневые точки с двумя – тремя амбразурами. Между ними имелись сплошные траншеи полного профиля. В 20-100 м от переднего края были установлены проволочные заграждения в несколько рядов и минные поля. Гарнизоны опорных пунктов состояли из одной – двух рот, усиленных танками.

Как и на Калининском фронте, коррективы в спланированную операцию внесла погода. Проливные дожди подняли уровень воды в правом притоке Волги – р. Держа (40 км восточнее Ржева) с 40-70 см до 2-3 м. Она превратилась в бурный широкий поток, который снес не только построенные на ней мосты, но и настилы на бродах и гати на подходах к ним. В связи с этим командование Западного фронта вынуждено было отложить переход в наступление до 4 августа.

В тот день в 6 часов 15 минут в районе поселка Погорелое Городище началась полуторачасовая артиллерийская подготовка. После ее окончания ударные группы 31-й и 20-й армий, преодолев по штурмовым мостикам, на плотах, лодках и вброд р. Держу, атаковали передний край обороны противника. К исходу дня соединения 31-й армии прорвали ее на участке шириной 9 км и продвинулись в глубину на 7-8 км. После этого в сражение была введена танковая группа генерал-майора А.Ф. Бычковского.

В полосе 20-й армии части 251-й стрелковой дивизии, обойдя Погорелое Городище с юга, окружили до двух немецких пехотных батальонов и после полудня ворвались в населенный пункт. В результате ожесточенных боев, переходивших в рукопашные схватки, вражеский гарнизон был уничтожен. В поселке и на станции были захвачены оружие и боеприпасы, войсковые склады, инженерное имущество, а также 400 новых мотоциклов. Одновременно 331-я и 354-я стрелковые дивизии успешно форсировали р. Держа, что позволило ввести в сражение подвижную группу полковника П.М. Армана. В целом к исходу дня соединения ударной группировки армии на отдельных участках продвинулись на глубину 8-11 км. В сложившейся благоприятной обстановке генерал армии Г.К. Жуков отдал приказ на ввод в прорыв подвижной группы фронта.

В течение 5 августа боевые действия развернулись на путях отхода немецких войск – вдоль грунтовых дорог, тропинок, лесных просек. Бои вели передовые отряды, составленные из танковых, стрелковых и артиллерийских подразделений. Совершая отход ко второй оборонительной полосе, враг пытался выиграть время для подхода из тыла своих резервов. Используя выгодные в тактическом отношении рубежи, его подразделения задерживали на продолжительное время растянувшиеся вдоль дорог советские части. Со второй половины дня по ним начала наносить удары авиация противника, действовавшая с ближних аэродромов.

Вечером вновь пошли сильные дожди. Дороги быстро пришли в не проезжее состояние, в результате чего подвоз боеприпасов и горючего стал затруднен. Части подвижной группы передвигались медленно, застрявшие в грязи или на неисправных мостах танки создавали пробки. К исходу 5 августа общая глубина вклинения ударных группировок 31-й и 20-й армий в оборону врага составила 30 км. При этом передовые подразделения 20-й армии вышли на подступы к рекам Вазуза и Гжать, где встретили организованное сопротивление выдвигавшихся оперативных резервов немецкой группы армий «Центр». Они также выходили и в полосу наступления 31-й армии, на зубцовское направление. В частности, против ее левофланговых соединений развертывались 102-я и 129-я пехотные дивизии. Становилось очевидным, что командование противника стремится не допустить захвата советскими войсками плацдармов на Вазузе и Гжати, чтобы полностью остановить здесь их дальнейшее продвижение.

В течение 7 августа танковые корпуса подвижной группы фронта пытались выйти на рубеж р. Вазуза. Но большинство их подразделений, особенно артиллерийских и инженерных, с трудом преодолевали бездорожье и отстали на марше. В полосы наступления 251-й и 331-й стрелковых дивизий выходили в основном одиночные танки. По сути, ввод в сражение танковых корпусов никак не сказался на повышении темпов наступления. Это вызвало недовольство генерала армии Г.К. Жукова, который в своем приказе отмечал: «Наши части, особенно левофланговая группировка 20-й армии действуют исключительно пассивно и, не продвигаясь вперед, дают врагу время на организацию сопротивления. Особенно преступно действуют 6-й и 8-й танковые корпуса, группа Армана и группа Бычковского, которые, болтаясь в тылах пехоты, неся потери, не выполнили до сих пор ни одной поставленной задачи».

Успех дальнейшего наступления мог быть обеспечен только при условии захвата плацдармов на реках Вазуза и Гжать, быстрого сосредоточения на них подвижной группы фронта и основных сил 20-й армии. Наконец-то 8 августа части 251, 331-й и 354-й дивизии сумели форсировать эти реки. Вслед за ними приступили к переправе 6-й и 8-й танковые корпуса. Она осуществлялась под воздействием немецкой артиллерии и авиации, которые затрудняли наведение мостов и наносили значительные потери инженерным и танковым частям.

Попытки переправиться в брод из-за поднятия уровня воды в реках в результате сильных дождей оказались безрезультатными. Построенный в ночь на 9 августа саперами мост под тяжелые грузы оказался непрочным, после прохода по нему танков 200-й бригады он развалился и был снесен водой, а понтонно-мостовой батальон со своими тяжелыми машинами застрял на маршрутах движения. Эффект внезапности был утрачен. Условия местности обусловили то, что действия танковых группировок обеих сторон уже не были объединены единым замыслом. Как советские, так и немецкие части и подразделения вступали в бои не там, где это предусматривалось их командованием, а там, где они реально встречались с противником, в основном на доступных для движения дорогах, просеках, лесных полянах и т.п. Повсеместно возникали многочисленные встречные бои силами отдельных боевых машин, взводов и рот.

С утра 9 августа они достигли своей кульминации. В течение того дня 6, 8-й танковые и 2-й гвардейский кавалерийский корпуса совместно с 251, 331-й и 354-й стрелковыми дивизиями, преодолевая упорное сопротивление немецких 5, 6, 1-й танковых, 253, 161-й и 6-й пехотных дивизий, расширили плацдармы на западных берегах Вазузы и Гжати на 2-3 км. Но из-за большой растянутости по дорогам, отставания артиллерии и тылов, отсутствия твердости в управлении войсками нарушался главный принцип применения танков – их массирование на направлении главного удара. Части и подразделения подвижных групп армий и фронта вынуждены были вести бои на разобщенных направлениях небольшими подразделениями. Они несли значительные потери в людях и материальной части, не достигая при этом необходимой результативности и практически не влияя на выполнение общей боевой задачи.

В ночь на 10 августа генерал армии Г.К. Жуков, оценив обстановку, пришел к выводу, что продолжение наступления на Сычевку при сложившемся соотношении сторон не позволит достичь цели операции. Исходя из этого, он приказал основные силы 20-й армии направить на разгром группировки противника в районе Карманова. Одновременно ей ставилась задача удержать и расширить захваченные на Вазузе и Гжати плацдармы. В свою очередь командование врага, убедившись, что контрудар на Погорелое Городище не привел к запланированным результатам, приняло решение отбросить переправившиеся советские части за эти реки и перейти на их рубеже к обороне. С переменным успехом бои велись здесь до конца второй декады августа.

С каждым днем наступление ударной группировки Западного фронта затухало. К 23 августа относительным успехом стало лишь овладение частями 8-го гвардейского стрелкового и 8-го танкового корпусов мощным узлом сопротивления немецких войск – Карманово. На этом операция закончилась. К позитивным ее результатам следует отнести то, что в ходе боевых действий войска Калининского и Западного фронтов привлекли к себе основные силы группы армий «Центр» противника, что не позволило ему перебросить крупные силы, в том числе 39-й и 46-й танковые корпуса, с центрального направления на юг (в междуречье Дона и Волги). По мнению бывшего генерала вермахта и военного историка К.Типпельскирха, «прорыв удалось предотвратить только тем, что три танковые и несколько пехотных дивизий, которые уже готовились к переброске на южный фронт, были задержаны и введены сначала для локализации прорыва, а затем для контрудара». Вместе с тем, такой результат был достигнут значительными потерями советской стороны в людях. Они составили 193 683 человека, из них 51 482 – безвозвратно.

Валерий Абатуров, ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института военной истории ВАГШ ВС РФ, кандидат исторических наук.

Изображение: Минобороны России.

Исторические события:

Участники событий и другие указанные лица: